На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Три ошибки печати

Дм. Добров • 19 октября 2010 г.

Как ни странно, есть в Слове о полку Игореве три ошибки наборной печати, когда куски текста вдруг вылетели со своего места и приземлились в иное, где они и выделены ниже:

  1. Уже соколома крильца припешали поганыхъ саблями, а самаю опустоша въ путины железны. Темно бо бе въ г день: два солнца померкоста, оба багряная стлъпа погасоста, и съ нимъ молодая месяца, Олегъ и Святъславъ тъмою ся поволокоста […]. На реце на Каяле тьма светъ покрыла: по Руской земли прострошася Половци, аки пардуже гнездо, и въ море погрузиста, и великое буйство подасть Хинови.
  2. А ты буй Романе и Мстиславе храбрая мысль носитъ васъ умъ на дело. Высоко плаваеши на дело въ буести, яко соколъ на ветрехъ ширяяся, хотя птицю въ буйстве одолети. Суть бо у ваю железныи папорзи подъ шеломы латинскими. Теми тресну земля, и многи страны Хинова, Литва, Ятвязи, Деремела, и Половци сулици своя повръгоща, а главы своя поклониша подъ тыи мечи харалужныи. Нъ уже Княже Игорю, утрпе солнцю светъ, а древо не бологомъ листвие срони: по Рсии, по Сули гради поделиша; […] а Игорева храбраго плъку не кресити. Донъ ти Княже кличетъ, и зоветь Князи на победу.
  3. Ярославе, и вси внуце Всеславли уже понизить стязи свои, вонзить свои мечи вережени; уже бо выскочисте изъ дедней славе. Вы бо своими крамолами начясте наводити поганыя на землю Рускую, на жизнь Всеславлю. Которое бо беше насилие отъ земли Половецкыи! На седьмомъ веце Трояни връже Всеславъ жребий о девицю себе любу. Тъй клюками подпръся о кони, и скочи къ граду Кыеву, и дотчеся стружиемъ злата стола Киевскаго. Скочи отъ нихъ лютымъ зверемъ въ плъночи, изъ Бела-града, обесися сине мьгле, утръ же воззни стрикусы оттвори врата Нову-граду, разшибе славу Ярославу, скочи влъкомъ до Немиги съ Дудутокъ. На Немизе снопы стелютъ головами, молотятъ чепи харалужными, на тоце животъ кладутъ, веютъ душу отъ тела. Немизе кровави брезе не бологомъ бяхуть посеяни, посеяни костьми Рускихъ сыновъ. Всеславъ Князь людемъ судяше, Княземъ грады рядяше, а самъ въ ночь влъкомъ рыскаше; изъ Кыева дорискаше до Куръ Тмутороканя; великому хръсови влъкомъ путь прерыскаше. Тому въ Полотске позвониша заутренюю рано у Святыя Софеи въ колоколы: а онъ въ Кыеве звонъ слыша. Аще и веща душа въ друзе теле, нъ часто беды страдаше. Тому вещей Боянъ и пръвое припевку смысленый рече […]: ни хытру, ни горазду, ни птицю горазду, суда Божиа не минути.

Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Хрестоматия по истории русского языка. Часть первая. 3-е издание. М., 1999, стр. 223, 224, 224 — 225.

В первом случае половцы, конечно, не могли никого в море погрузить, да и объект не указан, а потому выделенное выражение следует поставить вслед за выражением «тъмою ся поволокоста», где уже есть частица -ся, вслед за которой через союз И глагол может не иметь данной частицы, так как даст деепричастный оборот с общностью в объекте, см. ст. «Деепричастия».

Во втором случае выделенное предложение с обращением к одному человеку попало между предложениями с обращением ко двум лицам, во двойственном числе, а потому его следует перенести ниже, в выделенное скобками место, в отрывок, где идет обращение к одному человеку. Исходное место выделенного предложения, к сожалению, можно определить только по «здравому смыслу».

В третьем случае словосочетание «на жизнь Всеславлю» не может служить определением к словосочетанию «на землю Рускую»: это полная чушь — даже если под словом жизнь понимать достояние, нажитое.

В издании Слова о полку Игореве Мусина-Пушкина от 1800 г. эти ошибки печати точно соответствуют сделанному издателями переводу, т.е. принадлежат они не Мусину-Пушкину сотоварищи. Выходит, к Мусину-Пушкину попал список с печатного издания, вышедшего ранее, но не сохранившегося. Конечно, список с печатного издания выглядит странно, но факт налицо — явные ошибки наборной печати.

Ладно первые издатели — у них не перевод, а весьма отдаленный от подлинника пересказ, но современные-то переводчики так ведь и пишут, буквально повторяя ошибку:

А ты, храбрый Роман, и Мстислав! Храбрые замыслы влекут ваш ум на подвиг. Высоко летишь ты на подвиг в отваге, точно сокол на ветрах паря, стремясь птицу в смелости одолеть. Ведь у ваших воинов железные паворзи под шлемами латинскими.


Слово о полку Игореве.  Л.: Советский писатель, Ленинградское отделение, 1967, стр. 62 — 63 // Перевод Л.А. Дмитриева, Д.С. Лихачева и О.В. Творогова.

Ужас: «ты, храбрый Роман и Мстислав» и «ваш ум» против «высоко летишь».

Издание Слова о полку Игореве могло выйти во времена Ивана Грозного, но ведь Иван свет Васильевич блудню всяческую не приваживал, в том числе печатную, а духовную борьбу вел насмерть, до изнурения. Именно при Иване Грозном печатник Иван Федоров вынужден был уехать за границу. Что же касаемо Библии, то ее и переписать можно — надежные люди имеются, господь Бог не обидел.

Зову живых