Отрицание

Дм. Добров • 2010 г.    Синтаксис Слова о полку Игореве

Как ни странно, отрицание в древнерусском языке и в Слове о полку Игореве соответствует скорее не современному русскому языку, а современному английскому. Вот показательные примеры отрицания в Слове о полку Игореве:

Не буря соколы занесе чрезъ поля широкая; галици стады бежать къ дону великому.

Жены Руския въсплакашась аркучи: уже намъ своихъ милыхъ ладъ ни мыслию смыслити, ни думою сдумати, ни очима съглядати, а злата и сребра ни мало того потрепати.


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Хрестоматия по истории русского языка. Часть первая. 3-е издание. М., 1999, стр. 219, 222.

Первое предложение кажется отчасти логичным только потому, что здесь в принципе возможно исключающее современное отрицание. Если же данную форму отрицания применить к иному предложению, где исключение невозможно, то нелогичность данной формы с современной точки зрения будет очевидна: Не собака лаяла на улице, как можно сказать на английском языке: No dog barked in the street [1]. Подобное отрицание используется и в летописях, например «никто же может рещи», что на английский язык переводится буквально. Конечно, «интуитивно» это понятно в большинстве случаев, но ведь не всегда.

Если вдуматься в первое предложение, то мы увидим странность: не буря занесла. Позвольте, но что же занесло, если не буря? Да ведь и с собакой так же: если не собака лаяла на улице, то кто же? Пьяный? А ведь в переводах так и стоит, даже в голову никому не приходит, что это неправильно:

Не буря соколов занесла через поля широкие — стаи галок несутся к Дону Великому.

Жены русские восплакались, приговаривая: «Уже нам своих милых лад ни в мысли помыслить, ни думою сдумать, ни глазами не повидать, а золота и серебра и пуще того в руках не подержать!»


Слово о полку Игореве.  Л.: Советский писатель, Ленинградское отделение, 1967, стр. 58, 60 // Перевод Л.А. Дмитриева, Д.С. Лихачева и О.В. Творогова.

Понятно всякому, что предложение No dog barked in the street следует перевести как собака не лаяла на улице. Но почему же с бурей-то должно быть иначе?

Насчет же «рук» во втором примере ничего не сказано. Чтобы перевести его, следует понимать самую суть отрицания: оно принадлежит сказуемому, включая дополнение его. Наиболее это очевидно на следующих примерах, где отрицание ассоциативно:

Не лепо ли ны бяшетъ, братие, начяти…

Не ваю ли злачеными шеломы по крови плаваша?


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Указ. соч., стр. 220.

Предложение Не вас ли в золоченых шлемах на крови качало равно по смыслу предложению Вас ли в золоченых шлемах на крови не качало; разница здесь, пожалуй, чисто стилистическая. Равно и предложение Не лепо ли нам начать равно предложению Нелепо ли нам начать (худо) или Лепо ли нам не начать

Исходя из ассоциативности и переводится приведенное выше выражение «злата и сребра ни мало того потрепати»: «ни мало» значит много, но отрицание должно остаться в сказуемом, как это происходит в современном русском языке: больше не помотать, ни в малости не помотать. В общем, выглядит это ничуть не более странно, чем двойственное отрицание современного русского языка.

Особенную и даже непреодолимую трудность у переводчиков вызвало следующее употребление отрицания:

Великый Княже Всеволоде! не мыслию ти прелетети издалеча, отня злата стола поблюсти?


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Указ. соч., стр. 223.

Перевод заведомо неверен:

Великий князь Всеволод! Не думаешь ли ты прилететь издалека, отцовский золотой престол поберечь?


Слово о полку Игореве, стр. 62.

Запятая после «издалека» не нужна.

Комментируют перевод следующим образом:

Великыи княже Всеволоде! Не мыслию ти прелетети издалеча, отня злата стола поблюсти? Н.С. Тихонравов и В.А. Яковлев предлагали конъектуру: «не мыслиши ти»; А.А. Потебня: «не мысль ли у ти»; Е.В. Барсов: «не мысль ли есть ти»; Вс. Миллер и В.Н. Перетц: «не мыслию ль ти». Метафорическое изображение полета мысли мы находим и в других древнерусских текстах, например…


Слово о полку Игореве, стр. 506 // Примечания О.В. Творогова.

Все это неправильно, никаких «конъектур» не требуется. Отрицание должно остаться в сказуемом: немыслимо тебе прилететь. Чтобы перевести это, необходимо было осознать, что творительный не мыслию есть определение сказуемого, как и наречие немыслимо. Но увы, столь простое соображение вы не найдете ни в одном учебнике и даже, боюсь, в научной литературе.

Вот еще один пример отрицания в Слове о полку Игореве, который понять не могут:

Игорь рече, о Донче! не мало ти величия? лелеявшу князя на волнах, стлавшу ему зелену траву…


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Указ. соч., стр. 226.

Переводят это следующим образом:

Игорь сказал: «О Донец! Разве не мало тебе величия, лелеявшему князя на волнах, расстилавшему ему зеленую траву…»


Слово о полку Игореве, стр. 65.

Возможно, здесь риторический вопрос, но поскольку данный вопрос не требует ответа, а является более утверждением, то перевод сводится к стилистике, к осознанию того простого обстоятельства, что «не мало» значит много: полно тебе величия. Далее следует определение в личных причастиях, но по сути здесь должна быть употреблена неличная форма, см. ст. «Неличные формы»:

Игорь говорит:

— О Донец, полно тебе величия — лелеять князя на волнах, постилать ему зеленую траву…

Вот еще пример, где отрицание не ясно переводчикам:

То было въ ты рати, и въ ты плъкы; а сице и рати не слышано.


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Указ. соч., стр. 221.

«Сице» значит так, и все это опять же должно остаться в рамках сказуемого, рати так и не слышно, а у переводчиков неправильно:

То было в те рати и в те походы, а такой рати не слышано!


Слово о полку Игореве, стр. 60.

Для этого перевода сделана «конъектура», т.е. верное «сице и» исправлено на неверное «сицеи», такой, что является дательным падежом и вместо родительного «сицее» не годится.

Подобные определения остаются в рамках сказуемого даже вне отрицания:

…тому вещей Боянъ и пръвое припевку смысленый рече: ни хытру, ни горазду, ни птицю горазду, суда Божиа не минути.


Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Указ. соч., стр. 225.

По поводу «тому» см. ст. «Союз тому», а определение «и пръвое» переводится точно так же, как в предыдущем случае:

…потому вещий Боян впервые (первым) поговорку смышленый и высказал: «Ни хитрому, ни гораздому, ни хитрецу гораздому суда божьего не миновать».

Здесь явная ошибка в сочетании «птицю горазду». Значение же в перевод подставлено просто по смыслу: поговорки афористичны.

А переводят это опять неверно:

Ему вещий Боян еще давно припевку молвил, смысленый: «Ни хитрому, ни удачливому, ни птице ловкой суда божьего не миновать!»


Слово о полку Игореве, стр. 64.

В современном правописании верно будет смышленый, а не «смысленый».

На приведенных примерах очень хорошо видно, что язык — это не столько набор слов, сколько набор связей: практически на одном и том же наборе слов, как видите, сравнивая с современным языком, может быть определен совершенно разный набор связей, и попытка подогнать древнерусские связи под современные приводит только к грубейшим ошибкам.

Поделитесь, пусть другие узнают