На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Определение уже бо

Дм. Добров • 19 октября 2010 г.

Данное устоявшееся словосочетание, уже бо, несколько раз встречается в Слове о полку Игореве:

  1. Игорь къ Дону вои ведетъ: уже бо беды его пасетъ птиць…
  2. Уже бо, братие, не веселая година въстала, уже пустыни силу прикрыла.
  3. Уже бо Сула не течетъ сребреными струями къ граду Переяславлю, и Двина болотомъ течетъ онымъ грознымъ Полочаномъ подъ кликомъ поганыхъ.
  4. Ярославе, и вси внуце Всеславли уже понизить стязи свои, вонзить свои мечи вережени; уже бо выскочисте изъ дедней славе.

Цит. по: С.П. Обнорский. С.Г. Бархударов. Хрестоматия по истории русского языка. Часть первая. 3-е издание. М., 1999, стр. 220, 222, 224.

Переводят это следующим образом:

  1. Игорь к Дону войско ведет. Уже беды его подстерегают птицы…
  2. Уже ведь, братья, невеселое время настало, уже пустыня войско прикрыла.
  3. Вот уже Сула не течет серебряными струями к городу Переяславлю, и Двина болотом течет для тех грозных полочан под криком поганых.
  4. Ярослав и все внуки Всеслава! Уже склоните вы стяги свои, вложите в ножны мечи свои поврежденные, ибо утратили уже дедовскую славу.

Слово о полку Игореве.  Л.: Советский писатель, Ленинградское отделение, 1967, стр. 58, 60, 63 // Перевод Л.А. Дмитриева, Д.С. Лихачева и О.В. Творогова.

Слово пасет допустимо в значении подстерегает только в уголовном жаргоне, а в русском языке такого значения нет. Скажем, на церковной офене слово пасомые значит отнюдь не «подстерегаемые» (подстерегают нас только бесы), а спасаемые. У Даля столь странное значение тоже не указано.

Наиболее показательно третье предложение, так как оно явно вводит риторический вопрос, и нетрудно догадаться, что «уже бо» значит современное ужели или неужели, все равно.

Переводчики, к сожалению, не читали Ипатьевскую летопись и не знали, соответственно, где находился древний Переяславль — отнюдь не там, где современный Переяслав-Хмельницкий. Вот несколько отрывков, откуда можно установить положение Переяславля на Суле:

Утрии же день придоша половци к Переяславлю, и начаша битися с ними, выездяче из города бьяхутся с ними крепко; половци же видевше, оже выехала к нимъ помочь, и поидоша прочь отъ города, и тако не стоячи идоша за Сулу, бояхубося Ростислава и Святослава.

Сий же богостудный Концакъ со единомыслеными своими приехавше к Переяславлю, за грехы наша, много зла створи крестьяномъ, онихъ плениша, а инии избиша, множайшия же избиша младенець. В то же время вышедшю Святославу ис Кыева, ниже Треполя стоящу, съжидающи к собе Ростислава, ждашеть бо к собе половець на миръ: бяшеть же имъ весть ина: «рать», и въ то время пригна посолъ ис Переяславля: «воюють половци около города». Слышавше же князи рустии, поидоша за Сулу и сташа близъ города Лукомля; весть же приимше половци, яшася бегу опять своею дорогою, и князи воротишася восвояси.

Того же лета (1183) Богъ вложи въ сердце Святославу, князю Киевьскому, и великому князю Рюрикови Ростилавичю, и пойти на половце,— и посласта по околние князи. И совокупишася к нима: Святославича Мьстислав и Глебъ, и Володимеръ Глебовичь ис Переяславля […], а своя братья не идоша, рекуще: «далече ны есть ити внизъ Днепра, не можемь своее земле пусты оставити; но же поидеши на Переяславль, то скупимся [соединимся] с тобою на Суле.


Ипатьевская летопись. Рязань: Александрия, 2001, стр. 325, 415, 426 // Русские летописи. Т. 11.

Переяславль располагался, может быть, по западному берегу Сулы у впадения ее в Днепр. Теперь это место скорее всего затоплено в Кременчужском водохранилище.

Стало быть, третье предложение явно вводит риторический вопрос через неужели, но в первое предложение риторический вопрос по смыслу не годится. Нетрудно, впрочем, заметить, что во втором и третьем предложениях имеется отрицание, а в первом и четвертом его нет. Отсюда вполне можно допустить, что отрицание в данном случае и участвует в образовании риторического вопроса:

  1. Неужто, братцы, веселая година настала, в запустение уж войско пришло?
  2. Неужто Сула течет серебряными струями к городу Переяславлю, а Двина — болотами тем грозным полочанам под кликом поганых?

В предложении № 2 можно оставить и «невеселая година», разницы нет; по смыслу приемлемо даже «веселая година не настала». Отрицание здесь может быть и ассоциативным, и двойным, как в современном языке, см. ст. «Отрицание», т.е. неужели и невеселая могут стоять в предложении одновременно, хотя в подлиннике отрицание только одно.

В предложении № 3 тоже можно оставить двойное отрицание: Неужто Сула не течет, а Двина течет? Это риторический вопрос, и здесь не требуется отвечать, течет Сула или не течет,— важно лишь подчеркнуть утверждение в форме вопроса.

В двух оставшихся предложениях риторического вопроса нет, нет отрицания, но определение уже, особенно при настоящем времени, подчеркивает совершенность действия, см. ст. «Перфект и настоящее время»:

  1. Игорь к дону войско ведет. От беды же его спасла[сь] птичь…
  2. Ярослав и все внуки Всеслава! Уже склоните стяги свои, сложите свои мечи ущербные, сбежали ведь вы от дедовой славы.

В первом предложении, вероятно, ошибка, пропущенная частица -ся, так как безличное «пасетъ птиць», спасло птичь, не годится по смыслу: испуганные птицы ведь сами взлетели, спасаясь от идущих в ночи воинов, несущих беду… Для различия же функций его как притяжательного и как дополнения использовалась греческая буква омега (ω), но исходного текста, к сожалению, у нас нет. Впрочем, здесь по смыслу ясно, что спасти Игоря от беды птицы не могли, да и вообще это различие на письме едва ли нужно.

Зову живых