На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Расследование убийства Немцова

Дм. Добров • 9 марта – 28 марта 2015 г.

Первый «успех»

Немцов

Расследование убийства Немцова неожиданно быстро переросло в театр абсурда: седьмого и восьмого марта, через неделю после убийства, задержана была организованная преступная группа, которая якобы приняла заказ на убийство представителя правящего класса, причем один из участников этой группы при задержании пытался закидать сотрудников правоохранительных органов гранатами, но подорвался сам… Видимо, наша власть настолько перепугана убийством Немцова, что готова принять по данному делу даже полную ахинею.

Следствие пытается продвинуть версию, что задержанные чеченцы представляли собой независимую преступную группу, без крыши, которая принимала заказы на убийства, ибо уголовное дело возбуждено и обвинение предъявлено, в частности, по п. «з» ч. 2 ст. 105 «убийство из корыстных побуждений или по найму, а равно сопряженное с разбоем, вымогательством или бандитизмом», но это невозможно, таких групп попросту не бывает, как заявил в интервью по поводу убийства Немцова самый известный наемный убийца России Алексей Шерстобитов, отбывающий теперь наказание:

Поймите правильно, профессионалов-одиночек не существует, хотя бы потому, что им неоткуда брать заказы: каждый новый заказ – это риск.

Такие люди обязательно при ком-то, будь то «бригада», политик, высокопоставленное лицо, партия или крупный бизнесмен.


Например, под крышей компании Ходорковского «Юкос» существовала группа наемных убийц, которая убивала людей в интересах своих хозяев.

Преступные «бригады», даже независимые, существовали еще совсем недавно, но тогда они нужны были нашему правящему классу, только формировавшемуся на крови и страданиях. Смысл бандитизма девяностых годов заключался только в отъеме народной собственности новыми хозяевами жизни и, конечно, переделе ее с устранением конкурентов. Сегодня же делить просто нечего — все уже давно поделено, даже доходы с государства, феоды, а потому сегодня преступных «бригад» нет и быть не может. Сегодня уже существуют другие правила игры, которые всем известны. Убийство в эти правила не входит, почему убийство Немцова и всполошило наш правящий класс.

Безусловно, Шерстобитов прав: заказ на убийство члена правящего класса может исходить только из той же среды — от политика, высокопоставленного лица, партии или крупного бизнесмена. Таким образом, задержанная преступная группа чеченцев могла получить заказ на убийство Немцова только от своей крыши, каковой мог быть, например, Рамзан Кадыров или люди из его окружения. Эта версия неудовлетворительна за отсутствием мотива убийства, за полным ничтожеством Немцова. К тому же Рамзан, как и все прочие, знает правила игры.

Именно вследствие абсурдности сложившегося положения — наемники без наемщиков — следствие уже намекает через свои сливные бачки, что заказчиков убийства Немцова нужно искать за границей, т.е. искать не нужно. Это можно расценивать и как глупость, и как веру в то, что заказчиком убийства Немцова является Кадыров. Ну, Кадырова судить все равно невозможно: удаление его от должности может дестабилизировать обстановку в Чечне… Проще будет сообщить через все СМИ, что агент ЦРУ Джеймс приехал в Москву, каким-то образом нашел подходящих уголовников и сказал им: «Ви убэйт мистер Немцофф, а я дайт ви много-много амэриканскы доллар, карошы доллар!», и уголовники с радостью согласились.

Поверить в коварство Рамзана мешает и еще одно важное обстоятельство: стрелявший в Немцова нанес ему множественные ранения, выстрелил в него не менее шести раз, причем два раза промахнулся, что ясно указывает на аффективное его состояние во время стрельбы. Проще же говоря, человек, стрелявший в Немцова, действовал под влиянием очень сильной личной неприязни к Немцову, на волне эмоционального выброса, аффекта, чего просто в принципе не могло быть у наемного убийцы, исполнявшего заказ. Наемник, наоборот, был бы предельно осторожен и заботился бы о своей безопасности. Последнее отмечает Шерстобитов в помянутом выше интервью по поводу убийства Немцова:

К сожалению, у меня мало данных, но отмечу, что для меня очевидно: стрелявший не думал, как человек, занимающийся устранением на постоянной основе, по крайней мере на серьезном уровне.

Любой из читающих, поставив себя на место стрелка, должен задать себе вопрос: как я мог бы это сделать с наименьшей для себя опасностью? Ответ всегда на поверхности: стрелять с как можно более далекого расстояния. По всей видимости, времени было мало, и позицию подготовить не представлялось возможным. В этой ситуации самый простой вариант, он же самый надежный,– это проехать вдоль пути предполагаемого следования, припарковаться, открыть немного окошко и ждать, пока цель приблизится на нужное расстояние. Сделать выстрел – если стрелок даже средний, то если не с 25, то с 15 м он попадет в голову точно. И спокойно удалиться, не засветив себя.

Это только один вариант возможного развития событий, выглядящий гораздо надежнее. Опять-таки, из шести выстрелов стоя из пистолета с расстояния в несколько метров четыре попали в цель, размером в три раза больше, чем мишень при стандартном упражнении для стрельбы, в которую любой уважающий себя военный или полицейский не мажет!

Шерстобитов, как видим, даже мысли не допускает, что это стрелял не наемник, но заключить иное просто невозможно — разве что наемник испытывал личную неприязнь к Немцову.

Крайне любопытны также представления Шерстобитова о порядке действий нападавших, тактике. Как видим, он даже мысли не допускает, что в засаде может быть не менее двух подгрупп, а то и более: он привык действовать одной группой. И еще более любопытно, что Шерстобитов оценивает нападение на Немцова как неподготовленное, мгновенное:

Мне лично это напоминает часто встречавшийся в 90-е годы эпизод, когда человека из вражеской бригады случайно встречали в общественном месте. Как правило, сразу звонили команде исполнителей, всегда бывшей наготове, и называли место. Прибытие занимало от получаса до часа. Прибывшие по приезде ожидали команду по наводке. Скажем, как только пара начинала расплачиваться за ужин, давался сигнал готовности, и стрелки (или стрелок) занимали позицию недалеко от машины, которая уже, разумеется, известна.

Таким образом, случившееся на Большом Москворецком мосту можно квалифицировать как совершенно профессиональную мгновенную засаду — исполненную по обстановке, мгновенно, участвовали в которой как минимум две подгруппы — огневая в составе одного человека и обеспечения в составе не менее, чем одного человека. Представитель огневой подгруппы ждал Немцова на мосту, откуда после завершения стрельбы его забрал автомобиль подгруппы обеспечения, ехавший за Немцовым. Смысл же двух подгрупп заключается в отрезании противнику путей отхода, как и положено в засаде. Могла, кстати, быть еще подгруппа наблюдения, в т.ч. со снайпером. Очень похоже на то, что нападение на Немцова устроили не наемные убийцы, а войсковые разведчики, привыкшие свободно действовать на территории, полностью или частично контролируемой противником. Сюда хорошо вписывается и аффективное состояние стрелявшего в Немцова: чтобы убить беззащитного человека, даже врага, нужно сделать над собой чрезвычайное усилие, которое и вылилось в аффект при стрельбе. Для наемного же убийцы подобного психического барьера просто не существует.

Задержание чеченцев, скорее всего, является фальсификацией, намеренной или нет, все равно, хотя сами они, возможно, составляют организованную преступную группу. Ну, какие у следствия есть доказательства? Мотив есть? Мотива нет, потому что убийство якобы заказное, из Америки, должно быть. Оружие убийства есть? Оружия тоже нет и не ожидается. Опознание нападавших и автомобиля есть? Нет пока и не ожидалось до недавних пор, но теперь сфальсифицировать его, разумеется, можно будет очень легко… А откуда злоумышленники достали в Москве чуть ли не антикварные патроны?

По данным «Ъ», четыре патрона, судя по маркировкам, были выпущены Юрюзанским механическим заводом (Челябинская область) в 1986 году, а еще два – Тульским патронным заводом в 1992 году.


Это очень старые патроны, и пользоваться ими уверенно можно только в том случае, если знать, что хранились они надлежащим образом, не в бытовых условиях, где срок их хранения едва ли превышает десять лет, а на армейских складах, в герметичной заводской упаковке. Иначе говоря, пользоваться этими патронами уверенно мог только человек, который сам вскрывал цинки с ними или получал их с армейского склада. А откуда у преступной группы армейское снабжение? И главное, как члены преступной группы могли быть уверены, что столь старые патроны хранились не в бытовых условиях, а в надлежащих? Рамзан сказал?

Что же есть у следствия из объективных доказательств вины чеченцев? То ли, что двое подозреваемых в автомобиле проезжали где-то в центре Москвы после убийства Немцова, попав под камеры наблюдения системы «Поток» и, возможно, видеорегистраторы встречных автомобилей? Да, это, конечно, неопровержимое доказательство вины подозреваемых, которое с восторгом примут любые присяжные, не так ли? А если еще выложить присяжным и пару кадров, действительных или сфальсифицированных, на которых автомобиль подозреваемых заснят той же системой «Поток» в одном ряду с автомобилем Немцова раньше убийства, то кто же усомнится в вине коварных этих злоумышленников?

Конечно, можно допустить, что в режиме разведгруппы действовали чеченцы, тем более что один из них, Заур Дадаев, служил в батальоне «Север» на лейтенантской должности, но здесь перед нами возникает иной принципиальный выбор: либо Немцова по неизвестной причине убили представители нашего правящего класса, организованная преступная группа, действовавшая под крышей власти или бизнеса, либо его убили представители нашего народа, который подвергается геноциду в Новороссии при полной публичной поддержке таких отвратительных типов, как Немцов. Что же более вероятно? Где действительный мотив?

Наша власть со свойственным ей в последнее время маниакальным упорством продолжает оказывать давление на наш народ в Новороссии, принуждая его к существованию в украинском государстве, которое существовать не может и не будет. Так, седьмого марта было совершено очередное преступление — покушение на убийство Алексея Мозгового, одного из лидеров Новороссии. В результате подрыва взрывного устройства Мозговой отделался легкими повреждениями, но мог и погибнуть… Конечно, нам не известно, кто хотел его убить, но нам прекрасно известно, кто шантажирует лидеров Новороссии в интересах нашего правящего класса, мечтающего сохранить хорошие отношения с Западом. Господин Путин, шантажируя вооруженных людей, которые готовы умереть за истину, играет с огнем, но не понимает этого, полагая себя, вероятно, небожителем, как заметил Шерстобитов:

Политики, конечно, тоже люди, и именно с этого нужно начинать. Многие, забывая подобный маленький нюанс, считают их (как, впрочем, и они сами себя) неприкасаемыми. Но Господь рано или поздно уравнивает всех! В случаях с убитыми это те же неприглядные фотографии, неудобные и некрасивые позы, всегда задранная рубашка, кровь и смерть, то есть разделение души и тела.

Для убийства Немцова был только один действительный мотив: его убили как представителя правящего класса, публично выступавшего против нашего народа в Новороссии, на стороне его убийц, украинских карателей. Он был полным ничтожеством, но все-таки принадлежал к правящему классу и был богатым человеком… Когда же представителей правящего класса начинают отстреливать, как бешеных собак,— жди беды.

Цепочка событий складывается неприятная и едва ли случайная: 1 января 2015 г. в Новороссии был убит Александр Беднов, 27 февраля 2015 г. в Москве убит Немцов, 7 марта 2015 г. в Новороссии совершено покушение на убийство Алексея Мозгового… Кто будет следующим?

«Исламский след»

Театр абсурда продолжает свои гастроли. Оказывается, еще восьмого марта следствие через свои сливные бачки распространило информацию, что никакого заказчика убийства Немцова не было, а убит он был по личной инициативе Заура Дадаева, потому якобы, что Немцов «неоднократно допускал негативные высказывания в адрес мусульман, проживающих на территории России, пророка Мухаммеда, а также самой исламской религии». Все сливные бачки сообщили, что Дадаев признался в убийстве, однако эта глупая ложь разбивается об один простой вопрос: где пистолет, из которого убит Немцов? Доказательством является именно пистолет, а не заявление Дадаева, даже если он и правда взял на себя убийство Немцова. Заявление это требует проверки, а не слива в прессу в тоне «дело раскрыто, убийцы разоблачены». Если Дадаев и правда дал признательные показания, то почему он не указал следствию, где находится оружие убийства? Почему сливные бачки молчат о пистолете? Не потому ли, что местонахождение его неизвестно? Нет, раскрыто дело будет только тогда, когда у следствия будет пистолет, из которого был застрелен Немцов.

Озвученный сливными бачками мотив Дадаева тоже, конечно, ложен. Немцов никогда не допускал «негативных высказываний в адрес пророка Мухаммеда», хотя одно его высказывание можно расценить как негативное по отношению к мусульманам, проживающим на территории России, а другое — по отношению даже к самой исламской религии. Всего таких высказываний было два:

В 2007 году Борис Немцов дал интервью журналу «Эксперт», в котором заявил, что все меры президента Владимира Путина направлены на увеличение рождаемости в первую очередь в регионах, населенных мусульманами, а это «смертельно опасно для будущего России». После этого Немцов был обвинен известными представителями мусульманского мира в исламофобии. В январе 2015 года, после расстрела карикатуристов из французского журнала Charlie Hebdo, политик в своем блоге на сайте «Эхо Москвы» оправдал действия карикатуристов, а также написал, что «ислам находится в средневековье», а все происходящее назвал «исламской инквизицией».


Статья Немцова под названием «Исламская инквизиция» не содержит оскорблений ислама, если рассматривать ее с объективной точки зрения, но невозможно доказательно утверждать, что отсутствие именно объективных оскорблений не могло послужить мотивом для Дадаева, воспринявшего статью субъективно. Здесь, впрочем, следует помнить, что Дадаев, если верить информации о его признании, не просто был оскорблен заявлениями Немцова, а потратил массу денег, времени и сил на организацию его убийства, чего обычно не бывает с людьми, склонными к субъективизму. Это противоречие: человек не способен был понять правильно совсем небольшую статейку, но способен оказался собрать преступную группу и подготовить убийство Немцова… Иначе говоря, в одном случае Дадаев мыслил, как сущий ребенок, а в другом — как зрелый, опытный и решительный человек. Обычно такого не бывает.

Следует также добавить, что в выражении «неоднократно допускал негативные высказывания» за версту угадывается его автор — самый сволочной сотрудник правоохранительных органов, у которого словно на лбу проштамповано: «МЕНТ». Если, например, гражданин два раза нарушил общественный порядок, мент обязательно запишет в протокол: «неоднократно нарушал общественный порядок, а также угрожал убить свою жену, из чего ясно»… Ну, и так далее. Тип этот обычно туповат, исполнителен и совершенно безжалостен.

В связи со следами типичного мента в деле об убийстве Немцова понятно, почему «признался» только Дадаев. Дело в том, что из всей группы Дадаев — лучший объект для шантажа, просто даже идеальный, так как его служба в МВД говорит о развитом у него чувстве ответственности, на котором опытный мент способен ловко играть: «Да, Дадаев, подвели вы Рамзана Ахматовича, а вместе с ним и весь чеченский народ… Да какая разница, убивали или не убивали! Доказательства на вас есть, Дадаев, доказательства, а это, сами понимаете, что такое. Вот и подумайте, стоит ли нам подводить Рамзана Ахматовича? Может быть, вы убили этого негодяя из личной неприязни?»— Ну, и так далее, мент умеет такого рода давление оказывать. Правда, впоследствии признавшиеся обычно отказываются от своих показаний, но это мента уже не касается. Ему важно результат показать своему начальству, запомниться ему как «результативный сотрудник, цепкий», а все остальное его не касается.

От задержанных во главе с Дадаевым складывается впечатление, что они и правда составляли организованную преступную группу — иначе бы один их товарищ не стал кидать гранаты в сотрудников правоохранительных органов при попытке его задержания, но Немцова они не убивали: доказательств пока никто не видел, даже сливные бачки вещают весьма туманно и противоречиво. Если же задержание Дадаева с группой — это фальсификация, вольная или невольная, все равно, то ребята, сидящие на следствии, играют с огнем. Дело в том, повторим, что пистолета-то нет… А если завтра из этого пистолета еще кого-нибудь, как говорит Владимир Владимирович, уконтропупят? Если завтра на грязной дороге безвременно скончается от множественных ранений в грудную клетку Сурков, Венедиктов или Кудрин? Представляете ли, сколько слетит с плеч головушек забубенных? Наверно, даже до уголовного дела дойдет… Увы, с огнем играть нельзя, но головушки забубенные, похоже, этого не понимают.

«Признание» Дадаева

28 марта в газете «Коммерсант» был опубликован пересказ «признания» Заура Дадаева в убийстве Немцова, из которого приходится заключить, что расследованием убийства руководят умственно неполноценные люди. Дело в том, что «признание» Дадаева сфальсифицировано глупейшим образом из всех возможных. Вот пересказ происшедшего в момент убийства якобы со слов Дадаева:

Быстро нагнав пару, он достал пистолет левой рукой (киллер был левша), а в правую взял телефон. Стрелял метров с пяти в спину. Одновременно с выстрелами сказал господину Шаванову по телефону: «Подъезжай» – и отключил его. Падая, раненый господин Немцов повалил девушку, которая все это время держала его под руку. Затем попытался встать. Увидев это, господин Дадаев еще несколько раз выстрелил в свою жертву. Затем он сел в автомобиль, где находились Анзор Губашев и Беслан Шаванов.


С. Машкин. Предварительное признание // Коммерсант, № 54, 28.03.2015

Это прямо противоречит тому, что видно на записи убийства, опубликованной каналом ТВЦ.

Во-первых, автомобиль, который забрал стрелка, появился в зоне видимости камеры до начала стрельбы и, не останавливаясь, подъехал к месту убийства как раз в тот миг, когда стрелок выбежал на дорогу. Так что Дадаеву не было никакой необходимости вызывать автомобиль по телефону: водитель уже ехал к нему и наверняка видел убийство. Вызов автомобиля по телефону — это откровенная и, главное, глупая ложь.

Во-вторых, самое убийство заняло около трех секунд, а то и меньше, и у Дадаева просто не было времени оценивать, пытается ли Немцов встать, или поджидать, пока он попытается приподняться. Это тоже откровенная ложь.

В-третьих, «одновременно с выстрелами» в данном случае стрелок не мог говорить по телефону, поскольку огонь по Немцову он вел в предельно высоком темпе, приблизительно два выстрела в секунду, а то и больше: столь высокий темп огня из пистолета требует полного сосредоточения на цели. Это тоже откровенная ложь.

В-четвертых, из рассказа не понятно, почему из шести выстрелов Дадаев промахнулся два раза. Также не ясно, почему Дадаев стрелял именно шесть раз, а не пять, например, или семь, а то и восемь (магазин пистолета Макарова, из которого велся огонь, рассчитан на восемь патронов). В общем, ничего не ясно, фактам рассказ не соответствует, но «признание» зафиксировано следствием. Такого рода действия следователя попадают под ст. 303 УК «Фальсификация доказательств и результатов оперативно-розыскной деятельности».

Как видим, убившая Немцова группа проявила столь высокую боевую слаженность, что это просто не уложилось в голове у следователя. И это случайные наемники? Нет, не может такого быть, подробнее см. ст. «Версии убийства Немцова».

Также полную ахинею представляет собой описание событий, непосредственно предшествовавших убийству Немцова:

Друзья продолжали следить за Борисом Немцовым, однако «ЗАЗ» для этого не использовали, поскольку на машину не было документов.

[…]

Около 21 часа 27 февраля за политиком наблюдали Анзор Губашев и Беслан Шаванов, сам же Заур Дадаев прогуливался у дома господина Немцова, стараясь не привлекать к себе внимание. В это время ему позвонил господин Шаванов, сообщивший, что Борис Немцов сидит «в кабаке на Красной площади с какой-то девушкой». От дома господина Немцова Заура Дадаева на «ЗАЗ» забрал Анзор Губашев. Дождавшись звонка от господина Шаванова, сообщившего, что Борис Немцов и его девушка идут через Красную площадь к Большому Москворецкому мосту, компания забрала с собой наблюдателя и также поехала в сторону моста. В машине Заур Дадаев забрал пистолет, вышел перед мостом и проследовал за господином Немцовым. Пистолет он держал за поясом брюк, прижимая его к животу. Стрелять решил на мосту – время и место показались ему идеальными.


Там же.

Первый вопрос: если «ЗАЗ» не использовался для слежки за Немцовым, то на каком же автомобиле велась за ним слежка в день убийства? Из прессы известно, что на встречу с девушкой в ГУМ Немцов приехал на своем автомобиле и отпустил водителя. Так на каком же автомобиле ехали за ним коварные злоумышленники? Здесь, впрочем, и без того очевидное противоречие: «ЗАЗ» для наблюдения за Немцовым не использовался, но в день убийства наблюдение почему-то велось именно на нем… Это опять же указывает на крайне низкие умственные способности следователя, который оказался способен породить этакую ахинею.

Второй вопрос: откуда Шаванов мог узнать, что Немцов идет через Красную площадь именно к мосту, а не на набережную, например? Кроме того, в южном конце Красной площади, около храма Василия Блаженного, Немцов мог повернуть на Варварку, налево, на восток. Так что угадать, куда именно шел Немцов по Красной площади, было невозможно просто в принципе. Может быть, следователь прибыл на усиление из деревни Зюзюкино и еще не вполне освоился в Москве? Или, может быть, Дадаев совсем не знает Москвы и потому позволяет себе столь странные выводы в своем «признании»?

Третий вопрос: почему Дадаеву показалось, что мост был бы идеальным местом для убийства, если это очевидным образом не так? На мосту во время убийства было автомобильное движение, а многие автомобили оборудованы видеорегистраторами, да и не увидеть понатыканных на мосту камер мог только слепой (толку от них мало для опознания, тем более — ночью в плохую погоду, да и не работали они или автоматически стерли запись за предыдущие сутки после полуночи). Трудно ли сообразить, почему человек, стрелявший в Немцова, укрылся во время стрельбы за проходившей по мосту уборочной машиной, как хорошо видно на помянутой записи? Укрылся он именно от записей видеорегистраторов проходящих автомобилей, т.е. место убийства отнюдь не было идеальным. Это тоже откровенная и глупая ложь. Время же убийства, незадолго до полуночи, можно было признать идеальным только в том случае, если знать, что работавшие на мосту камеры автоматически стирают запись за предыдущие сутки в полночь.

Также откровенную ложь представляет собой мотив убийства, якобы признанный Дадаевым:

Показания, которые легли в основу делу, Заур Дадаев дал 8 марта в здании СКР в Техническом переулке. По данным источников «Ъ», он рассказал, что подготовка к убийству Бориса Немцова началась 7 января. В этот день, как сообщил обвиняемый, ему стало известно, что Борис Немцов «публично оправдывает действия редакции Charlie Hebdo, разместившей карикатуры на пророка Мухаммеда» и, более того, «публично призвал размещать такие карикатуры в российских СМИ». «Для меня и всех мусульман эти высказывания являлись оскорбительными и неприемлемыми»,– отметил господин Дадаев.


Там же.

Все это наглая и опять же глупая ложь. На 7 января по данному поводу существовал только короткий комментарий Немцова в facebook:

Трагедия с убийством 12 журналистов журнала Charlie Hebdo потрясла всех нормальных людей. Мои соболезнования родным и близким невинно убитых журналистов.

Когда Совет муфтиев России называет деятельность журналистов издания провокацией и грехом, он оправдывает террористов.

Эта отредактированная Немцовым запись, без удаленной им части, но вездесущий наш Хохлосрач, антироссийский демон интернета, хранит такие вещи бережно и нежно:

По сути, муфтии приравнивают сатиру, которая, очевидно, грехом не является, к убийствам – тяжелейшему греху.

Выступая адвокатами террористов, муфтии содействуют новым терактам.

Это статьи 280 и 282 УК России и эти деятели должны быть привлечены к уголовной ответственности.

Ждем реакции Бастрыкина.

Как видим, этот комментарий Немцова направлен против муфтиев, против их мнения по поводу Charlie Hebdo, а отнюдь не против ислама и тем более не против пророка Мухаммеда. Ну, есть разница или нет? Что, Дадаев по своим умственным способностям не способен это понять? Или, может быть, этого не понимает следователь? Перепечатывать же карикатуры Charlie Hebdo призывал отнюдь не Немцов, а Ходорковский, который, представьте себе, до сих пор жив и даже прекрасно себя чувствует… Нет ли здесь противоречия? И не Рамзан ли Кадыров на указанном основании объявил Ходорковского своим личным врагом? Так кто же перепутал Немцова с Ходорковским, Дадаев или следователь?

И особенно поражает в «признании», как следователь неуклюже попрощался с пистолетом, главной уликой по делу:

По словам обвиняемого, они сообщили Русику о результатах своей слежки, отметив, что теперь им нужен автомобиль и пистолет. Через пару дней господину Дадаеву позвонил Русик, сообщив, что под окнами их квартиры на Веерной улице, 3 находится то, что им нужно.

Звонивший сообщил, что двери автомобиля открыты, ключи находятся в его бардачке, а пистолет – под правым пассажирским сиденьем.

[…]

На следующий день он позвонил Русику, сообщив, что «кое-что нужно забрать», имея в виду пистолет. За ним приехал какой-то худой светловолосый парень, которому он и передал оружие, рекомендовав утопить его в каком-либо водоеме.


С. Машкин. Предварительное признание

Значит, неведомый этот Русик предоставил Дадаеву автомобиль без документов и пистолет, но назад забрал почему-то один только пистолет. Автомобиль он, вероятно, решил оставить в качестве доказательства следствию… Мудро, не правда ли?

И наконец, тот же «Коммерсант» за день до приведенного выше бреда опубликовал еще одну утечку следствия — показания свидетеля убийства, из которых ясно, что опознания Дадаева у следствия не будет:

Убегавшего Евгений видел со спины. По его данным, это был мужчина среднего роста, худощавого телосложения и с темными, возможно волнистыми, волосами средней – около 4 см – длины. Молодой человек отметил, что убегавший, несмотря на холод и ветер, был без куртки. На мужчине были синие джинсы, которые показались свидетелю слишком большого для владельца размера, и такая же «мешковатая», по его словам, темная толстовка с капюшоном. Все это описание не соответствовало внешности обвиненного затем в убийстве Дадаева – крупного мужчины, имеющего спортивное телосложение.


Следователи по делу Немцова, как видим, очень невнимательны, что говорит о крайне низких их умственных способностях. Любопытно также в связи с явной фальсификацией обвинения против Дадаева, почему наши уличные либералы еще не голосят во всю ивановскую о пришедшем наконец-то тридцать седьмом годе? Потому ли только, что сажают пока не их?

   

Продолжение следует — если, конечно, расследование уже не закончилось, ведь следствие уже располагает доказательствами, потрясающими воображение.

Зову живых