На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Добро и зло

Дм. Добров • 5 октября 2014 г.
Старик

Третьего октября с.г. прошла на НТВ передача «Список Норкина», которая вскрывает то нездоровое состояние, в котором, к сожалению, по сей день находится часть нашего общества после распада СССР. Главный вопрос, поставленный ведущим, звучал так: «Является ли хаос на Украине результатом полного отказа от советского прошлого?» Появившиеся в начале передачи Л. Гозман и Н. Нарочницкая с подачи ведущего начали обсуждать вопрос, должны ли мы стыдиться советского прошлого или гордиться им. Политические взгляды названных участников передачи, полагаю, известны всякому, кто хоть немного интересуется нашей общественной жизнью. Гозман, на удивление, для начала занял взвешенную позицию: в истории, мол, каждого государства обычно есть и те страницы, которых нужно стыдиться, и те, которыми нужно гордиться. Довод кажется бесспорным — действительно, всякое бывает,— но из него столь же бесспорно вытекает, что если уж мы стыдимся чего-то, то должны раскаяться в этом, о чем и говорил Гозман совершенно уверенно: мы должны каяться в советских грехах. Ну, и прав ли Гозман?

Возникает, конечно, вопрос, когда сам-то Гозман последний раз каялся, например, во грехах заблудшего ревнителя Лаврентия сотоварищи и, главное, каким образом это происходило? Может быть, существует какой-нибудь особый либеральный обряд покаяния в чужих грехах? Ну, каким же образом нормальный психически человек мог бы раскаяться во грехах другого человека? Это невозможно просто в принципе, поскольку совесть человека устроена так, что болит только по поводу личных его прегрешений.

Несколько иначе дело обстоит со стыдом. Человек может стыдиться грехов иных лиц только в том случае, если он чувствует свою принадлежность к данным лицам. Так, стыдиться грехов ревнителя Лаврентия сотоварищи могут только современные ревнители, и больше никто: это просто невозможно. Да, но тогда возникает вопрос, что же имел в виду Гозман? И с какой целью он призывает людей к тому, чем сам он никогда не занимался? Понятно, что если бы Гозман хоть попытался страдать совестью по поводу грехов ревнителя Лаврентия и прочих заблудших, то немедленно увидел бы, что ничего у него не получается (если, конечно, он нормален психически).

Вполне очевидно, что Гозман полагает, будто мы должны ненавидеть грехи отцов и дедов, чтобы не допустить зла в будущем, но и это невозможно просто в принципе: на бесов с бесами не ходят. Нельзя искоренить зло ни при помощи ненависти, ни при помощи презрения, ни при помощи прочих страстей разрушительных — они только прибавят зла в мире. Да, но что же тогда делать? Как Гозману и ему подобным бороться со злом?

Бороться со злом способны немногие люди, избранные, к которым очевидным образом не принадлежит ни Гозман, ни любой его кумир вроде Солженицына, ни подавляющее большинство из нас. Наша задача — хотя бы не умножать зла в этом мире, и это нам вполне по силам.

Без ущерба для себя и для мира, даже и с пользой, мы могли бы лишь скорбеть о грехах наших предков, коли верим в такие или знаем их точно. Сокрушайтесь о грехах их, если уж видите их с высоты своей. Зайдите в церковь, поставьте свечку за упокой и ревнителя Лаврентия сотоварищи, и убиенных иным ревнителем правых троцкистов, и невинно убиенных блюстителями — за всех, но только не просите священника поминать ревнителя Лаврентия на молитве (выгонит еще, свои ревнители и блюстители есть везде). В итоге, если сделаете это искренне, от души, вы поймете о добре и зле больше, чем поучающий вас Гозман и даже Солженицын с его дежурными проповедями, совершенно пустыми и бессмысленными.

Зову живых