На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Россия и ЕС

Дм. Добров • 18 октября 2014 г.
Буратино

Уже несколько лет политика президента Путина направлена на развитие экономических отношений между Россией и Европой — в идеале даже до создания глобальной зоны свободной торговли «от Лиссабона до Владивостока». Поскольку на это уходят значительные средства, этому приносятся даже жертвы, например вступление России в ВТО и отказ России признавать Новороссию, то возникает вопрос, насколько данная политика даже не полезна России, а реалистична? Можно ли просто в принципе добиться большего прогресса в отношениях России и ЕС, чем ныне? Составят ли Россия и ЕС когда-нибудь взаимовыгодный союз?

На сегодня можно выделить два принципиальных взгляда на экономику — глобальный (либеральный) и национальный. Глобальный взгляд предполагает, что национальная экономика является неотъемлемой частью мировой, и приоритет отдается участникам глобального рынка, крупному бизнесу, а национальный взгляд предполагает, что единственным приоритетом является национальная экономика. Совместить эти взгляды нельзя, так как у функции развития экономики будут разные области определения и разные значения. Проиллюстрировать это можно, например, разницей между т.н. Валовым внутренним продуктом (ВВП) и Валовым национальным продуктом (ВНП). То и другое является стоимостью всех произведенных в стране товаров и услуг, но ВВП учитывает все без исключения товары и услуги, а ВНП — только национальные. Повышение ВВП какой-либо страны значит, что доходы иностранцев в данной стране увеличиваются, а его понижение не ведет необходимо даже к понижению уровня потребления и может отражать даже повышение благосостояния граждан данной страны. Рассмотрим простой пример, связанный с недавними санкциями. Скажем, вы хотели купить новый европейский телефон за 10 тысяч рублей взамен прежнего, уже не столь прекрасного, но тут появился коварный Путин с ответными санкциями: «Нет-нет-нет! Теперь будем брать то же самое, но китайской торговой марки за 5 тысяч: разницы между ними все равно нет, на одних заводах делают и в одной стране». Таким образом, если вы отнесете оставшиеся 5 тысяч в банк, реальный ВВП по данной позиции будет ниже ожидаемого на 50% за вычетом стоимости услуги, оказанной вами банку, и услуги, оказанной банком заемщику, который возьмет ваши деньги в кредит. В итоге благосостояние людей повысится (5 тысяч останутся у вас), что приведет частично к повышению уровня потребления и частично к увеличению накоплений общества, т.е. в конечном счете — к развитию экономики. Если же коварный Путин вдруг скажет, что теперь такого рода телефоны мы будем производить сами, и мы начнем их производить, то повысится ВНП, упадет безработица… Это, конечно, тоже развитие экономики.

Стало быть, разница между глобальным взглядом на экономику (либеральным) и национальным очевидна: глобальный взгляд предполагает повышение уровня благосостояния глобального сообщества, мира в идеале, а национальный — только своего народа. Поскольку же одни народы в мире очевидным образом живут не только за счет своего труда, но за счет труда иных народов, честно или бесчестно, все равно, то совместить эти взгляды на экономику не получится. Речь, впрочем, не о том, что, например, между ВВП и ВНП нет и быть не может корреляции, а о приоритетах управления, правительства. Скажем, производители тех же европейских телефонов не заинтересованы в развитии данного производства в России, хотя заинтересованы в повышении заработков в нашей стране, так как в данном случае возрастут и их продажи.

Роли в глобальной экономике распределены, и участники глобального рынка, национальный продукт которых высок, не заинтересованы в сдаче своих позиций. Например, мы получаем из Европы потребительские товары, те же телефоны, автомобили, продовольствие, а взамен экспортируем по преимуществу сырье — нефть, нефтепродукты, природный газ, каменный уголь, никель и т.п. Иначе говоря, мы обмениваем свою продукцию с низкой добавленной стоимостью на продукцию с высокой добавленной стоимостью, высокотехнологичную, т.е. фактически работаем на Европу. Европе это, конечно, весьма выгодно, а нам? Вопросов бы не было, если бы Россия не могла производить высокотехнологичную продукцию, но разве мы не можем? Кто же это сказал, что не можем, не говоря уж о доказательствах?

В связи со сказанным возникает вопрос: каким образом мы просто в принципе могли бы образовать с Европой взаимовыгодный союз, если нынешнее экономическое положение свидетельствует о том, что у нас совершенно разные интересы? С какой стати Европа сдаст свои позиции и пустит на свой рынок нашу высокотехнологичную продукцию? В принципе такое могло бы быть — отрицать это безусловно нельзя, но при каких же условиях это могло бы случиться? 

Очевидно, что исключительно экономическим путем мы не можем войти на европейский рынок со своей высокотехнологичной продукцией, ибо это не нужно Европе,— потребуются меры политико-экономические, если не военные. Например, чисто теоретически мы могли бы вытеснить с европейского рынка США. Да, но это значит неминуемую войну с США… Любопытно, президент Путин готов вести с США империалистическую войну за европейский рынок? Нет? А ведь правители США могли понять его свободолюбивые устремления, простирающиеся «от Лиссабона до Владивостока», только так, ибо иначе их понять просто невозможно. Ну, и почему же тогда на Украине при поддержке США пришли к власти нацисты, ненавидящие Россию до посинения? Угадаем? Увы, это прямое следствие утопической попытки Путина создать единое экономическое пространство «от Лиссабона до Владивостока», т.е. без США. Конечно, американцы понимают это как попытку оставить США в дураках, вытеснить с европейского рынка. Ну, а как еще это можно понять? В духе «честной конкуренции»? Возможно, Путин еще верит в эти сказки для детей преклонного возраста, но тогда он слишком уж наивен для президента России… США не отдадут европейский рынок без войны, и никакой «честной конкуренции» не будет, что уже должно быть понятно всем, не только либералам.

Нынешняя политика США направлена на полный разрыв ЕС и России, не только политический, но и экономический, причем ЕС поддерживает США — да, не очень охотно, ибо работников своих в нашем лице терять невыгодно, но поддерживает и будет поддерживать, что, повторим, уже понятно всем. Какова же тогда перспектива путинского рынка «от Лиссабона до Владивостока»? Перспективы нет совсем (пока существуют США), а вот война на Украине идет и будет идти, несмотря на все усилия Путина. Да, он вполне искренне хочет прекратить войну, нет ни малейших сомнений, но от него мало что зависит. Как ни странно, ему удалось сильно напугать американцев, хотя он, наверно, и не хотел этого. Способствовало же испугу, может быть, ухудшение экономической обстановки и в глобальной экономике, и в американской, а это значит в перспективе передел рынков, т.е. войну (без войны сдали свои рынки только наши либералы в девяностых годах — других таких дураков найти будет трудно, разве что на Украине, которая теперь повторяет наше либеральное безумие).

Очевидно, что либеральный мир, США и ЕС, видит Россию только в том состоянии, в котором она существует сейчас — сырьевым своим придатком, получающим за сырье товары; иная Россия им просто не нужна, ибо делиться своим благосостоянием они не станут (они не такие дураки, повторим, как наши либералы). Изменить же состояние России, оставаясь в рамках либерализма, можно только военным путем.

Да, мы не обязаны развивать глобальную экономику вместо своей, и никто нас не заставляет воевать за рынки, но это будет означать конец либерализма в России — тем более что ныне в виде западных санкций началось изгнание России из либерального мира. Страшно же последнее будет только в том случае, если мы попытаемся задержаться в либеральном мире против воли его хозяев. Не говоря уж о чистой экономике, парадокс, но далее наш либерализм, если хочет он развиваться, сможет существовать только через войну — не обязательно с США, хотя именно США поставили нас в такое положение, что даже за возвращение наших традиционных рынков вроде Украины нам, возможно, придется воевать. Это очевидно всем, кроме наших либералов, потому нас и обвиняют в нападении на Украину, хотя по факту нападения нет (оно должно быть — нельзя отдавать своей рынок Европе).

Поскольку же воевать за рынки наши либералы во главе с Путиным явно не готовы, а с либерализмом попрощаться пока почему-то не хотят, у них остается только один мирный выход — зафиксировать Россию в состоянии сырьевого придатка Запада и строго уважать «международное право», т.е. волю США. Теперь наши либералы усиленно демонстрируют США свое миролюбие, но им, разумеется, никто не верит: ищи дурака за пять сольдо, как говаривал европейский Буратино. Поверят же им и разрешат занять прежнее прочное положение в либеральном мире, например, в том случае, если Путин допустит и поддержит геноцид в Новороссии… В сущности, этого требуют уже почти прямо, причем дело, вероятно, не в Новороссии и тем более не в Украине, а искуплении предательства (Крым, будешь жрать один — подавишься). Это вполне реальная на сегодня цена дальнейшего существования России в либеральном мире и либерализма в России. К несчастью, заплатить за дальнейшее существование либерализма в России должен будет отнюдь не Путин, и выбирать свое будущее, «стратегический союз с ЕС», придется всем нам — демократически или нет, но придется все равно. Уйти от этого выбора не удастся.

Первым из нас свой выбор сделает президент Путин — возможно даже, он уже его сделал. И скоро мы увидим его выбор в действительности. Если Путин хотя бы молчанием поддержит «наведение конституционного порядка в отдельных районах Донецкой и Луганской областей», каковая попытка со стороны Киева наверняка скоро последует, это будет значить, что выбрал он либерализм, «стратегический союз с ЕС». Если же не поддержит, то перспектив у либерализма в России уже не останется — меняться нашим либералам просто придется, в том числе Путину, а о «стратегическом союзе с ЕС» и о рынке «от Лиссабона до Владивостока» придется забыть.

Если же «наведение конституционного порядка в отдельных районах Донецкой и Луганской областей» будет отложено на три года, как пока намеревается «президент» Порошенко (и верно, обещанного три года ждут), то за три года многое может измениться в мировой экономике… Вполне возможно, что откроются какие-то мирные возможности существования либеральной России в связи с ослаблением США, но пока их что-то не видно. Видимо, Путин на это и надеется, но надеется, пожалуй, зря: сделать свой окончательный выбор его обязательно заставят до весомого ослабления США.

И наконец, нельзя считать либерализм сам по себе предательством, хотя предательские действия и возможны вследствие либеральных убеждений. Либерал человек или нет — это вопрос убеждений, веры в Россию, как должно быть понятно из сказанного выше. И следует, конечно, отличать убеждения человека от деяний его. Если Путин верит в Россию и видит ее будущее, то он непременно откажется от неверия, либерализма, т.е. сменит правительство и экономическую политику, в том числе финансовую. Нам нужно сначала сильно поднять ВНП, а уж потом и будет с чем, кроме сырья, стремиться на глобальный рынок — хоть бы и от Лиссабона до Варшавы, а то и от Лос-Анджелеса до Пекина… Пока же нам и своего рынка хватит — если, конечно, убрать с него мировых либералов, что можно будет сделать совершенно безболезненно: сырье наше покупать они все равно будут, как покупали даже у СССР, а напасть на нас не отважатся.

Зову живых