На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Истоки Руси

Дм. Добров • 26 июля 2015 г.
  1. История
  2. Истоки русской истории
Конная тройка

Истоки Руси представлены в нашей начальной историографии противоречиво: трудолюбивые и мудрые славяне поселились в районе Киева где-то вскоре после Всемирного Потопа и по какой-то странной причине начали неотвратимо превращаться в русских, но тут напал вдруг на них русский князь Олег из славянского же Новгорода, отвоевал их у хазар и продолжил войну с Хазарией… Как все это понимать, никто наверняка не знает, но никто этого не почему-то отрицает, разве что сторонники т.н. норманнской теории истоков Руси, которые свято верят, что норманны, на самом деле называемые варяги, принесли новгородским славянам высшую цивилизацию, которой у норманнов не было, а также свое имя — русские. Это уж совсем ни в какие ворота не лезет, а потому, вероятно, данная «теория» и имеет гораздо меньшее число сторонников, чем славянская… Возникает закономерный вопрос: если обе теории откровенно абсурдны даже в самом своем основании, то не поискать ли третью?

Для успешного поиска новой теории сначала следует, конечно, осмыслить наши заблуждения, чудовищные и очевидные, которые носят исключительно идеологический характер.

Славян поминают и византийские, и мусульманские исторические источники, но и первые, и вторые всегда отличают их от русских как некий совершенно иной народ, совершенно иной даже по языку. Одним из самых известных у нас мусульманских источников является «Книга Ахмада Ибн Фадлана ибн-аль-‘Аббаса ибн Рашида ибн-Хаммада, клиента Мухаммада ибн-Сулаймана, посла аль-Муктадира к царю славян», где рассказано о поездке ибн Фадлана к этим самым славянам — поволжским болгарам, тюркоязычному народу, который, ясное дело, отличался от русских, поминаемых в книге. Одним же из самых известных византийских источников является книга императора Константина Багрянородного «Об управлении империей», где славяне названы «пактиотами» русских, т.е. иным народом, связанным с русскими международным договором, пактом. Мало того, приводит император Константин имена днепровских порогов на двух языках, германском и русском, называя их славянскими и русскими, по ошибке приписывая германским именам русский исток. Если отвлечься от шизофренических теорий, предполагающих, что славянский язык нам известен прекрасно, а о русском мы и понятия никакого иметь не можем, то вполне очевидно, что германские имена принадлежат славянскому языку. Этот неожиданный для многих вывод, противоречащий отнюдь не историческим источникам, а только нашей идеологии, можно легко подкрепить византийскими же историческими источниками, например:

Император Иоанн, получив такой ответ от скифа, снова отправил к нему послов, поручив им передать следующее: «[…] Полагаю, что ты не забыл о поражении отца твоего Ингоря, который, презрев клятвенный договор, приплыл к столице нашей с огромным войском на 10 тысячах судов, а к Киммерийскому Боспору прибыл едва лишь с десятком лодок, сам став вестником своей беды. Не упоминаю я уж о его [дальнейшей] жалкой судьбе, когда, отправившись в поход на германцев, он был взят ими в плен, привязан к стволам деревьев и разорван надвое».


Речь идет об Игоре Рюриковиче который был убит древлянами — нашими записными славянами, которые вскоре после Потопа поселились в районе Киева… Византийский историк, как видим, называет древлян германцами, что соответствует славянским именам днепровских порогов на некоем германском языке, которые император Константин просто перепутал с русскими, запутав и некоторых историков до безумия.

Современному человеку, охмуренному мифическими этими славянами со школьных времен, может показаться, что все сказанное какая-то дикая ошибка или даже фальсификация истории, но нет, это печальная для нас закономерность. Например, византиец Феофилакт Симокатта в книге со столь же захватывающим названием «История» приводит имя славянского вождя, которое очевидным образом указывает на его разное этническое происхождение с русскими:

Наступил после этого двенадцатый день, и стратиг, построив суда, переправился через реку. Услыхав, что Ардагаст собрал толпы пришлых славян, желавших поживиться добычей, Приск среди ночи начал поход.


Вероятно, этот Ардагаст тоже был германец, что для славян тогда было совершенно естественно.

Впрочем, незачем далеко ходить за примерами, если в нашей древнейшей летописи в качестве послов Олега перечислены по преимуществу те же самые германцы (есть пара тюркских имен, но русских нет):

Мы, от рода рускаго, Карлы, Инегелдъ, Фарлоф, Веремуд, Рулавъ, Гуды, Руалдъ, Карнъ, Фрелавъ, Руаръ, Актеву, Труанъ, Лидул, Фостъ, Стемид, иже послани от Олга, великаго князя рускаго, и от всехъ, иже суть под рукою его, светлых и великих князь и его великих бояръ…


Люди невежественные полагают, что Веремуд — это имя русское, Велемуд в иных списках. Нет, это очевидное искажение от искажения Хвелемуд — Хельмут. Здесь перечислены те самые германские «пактиоты», которых называл славянами император Константин. Такой тогда был «римский» обычай, который соблюдали и византийцы,— привлекать для войны пограничные дикие племена, принося им взамен цивилизацию и образование или хотя бы выплачивая деньги. Олег, как известно из цитированной летописи, отнял у Хазарии земли славян и пристроил этих славян-германцев на собственную службу. И уже во втором договоре с греками, договоре Игоря, у германских дикарей появляются русифицированные германские имена, цивилизованные фамилии: Фастов, Свирков, Каршев, Турдов, Бернов, Гудов и прочие.

Современный человек, к сожалению, охмурен наукой историей настолько, что не сможет и в голове уложить, откуда на Украине взялись германцы. Да жили они там со времен готов, а славян в современном смысле там никогда не было и быть не могло. В Хазарии, например, совместно проживали тюркоязычные граждане и германоязычные — жиды, которые к библейским евреям не имеют совершенно никакого этнического отношения. Захваченную же Олегом хазарскую крепость Самбатас, название которой привел по-гречески император Константин, можно связать с легендарной иудейской рекой Самбатион. Да-да, иудейская пограничная крепость Самбатас — это будущий христианский Киев, а «мать городов русских» — это не житие хрестоматийных славян в Киеве от самого Потопа, а всего лишь дурной перевод греческого слова митрóполис, столица (букв. материнский город, а не мать городов; отсюда и митрополия). Олег, стало быть, просто перенес столицу Руси в захваченную вражескую крепость, отсель грозить мы, дескать, будем неразумному хазару и умному греку. Много позже так же поступил Петр Первый, основав новую столицу вообще на пустом месте… Однако, преемственность получается.

Особо следовало бы апологетам несуразной славянской теории происхождения русских озаботиться происхождением в русском языке имени славяне. Оно не может быть заимствованием из греческого или арабского, ибо в таком случае оно необъяснимо утеряло звук К (склавины, сакалиба), да и по-русски данное слово, славяне, соловяне, имеет совершенно прозрачный смысл. Соловый значит мутный, взгляд, например, осоловевший, а долго ли образовать существительное от прилагательного мутный? Существительное будет смута, мятеж. Вполне также возможно, но недоказуемо из языка за отсутствием примеров, что имя славяне использовалось в древнерусском языке в значении варвары, темные люди, мутные, неграмотные. Разумеется, все это тоже какая-то дикая ошибка или фальсификация истории, не правда ли? Разумеется, и это очевидно из исторических документов, а именно — из «Русской правды»:

Убиеть мужь мужа, то мьстеть брату брата любо сынови отца, а любо отцю сына, любо брату чада, любо сестриню сынови. Аще не будет кто мьстя, то 40 гривенъ за голову. Аще ли будет русин или гридень, любо купце или ябетникъ, или мечьникъ, аще ли изъгои будет любо словенинъ, то 40 гривенъ положити за нь.


Новгородская Первая летопись старшего и младшего изводов. Рязань: Александрия, Узорочье, 2001, стр. 176 // Русские летописи. Т. 10.

Видим, как ни странно, что имена русин и словенин здесь не этнические, а социальные. Невозможно точно указать значение имени словенин, но с термином изгой прекрасно ассоциируется термин варвар, т.е. не изгнанный из общества, а пребывающий вне его представитель варварской окраины. Термин же смутьян здесь едва ли годится, потому что за бунтовщика закон вроде бы заступаться не должен…

Стало быть, мы воочию видим по историческим источникам, а не по опосредованным идеологическим вымыслам историков, что славяне, во-первых, никакого этнического отношения к русским не имели, а во-вторых, расценивались русскими весьма невысоко — то ли как смутьяны, то ли как варвары, что подтверждается мусульманскими источниками, которые сообщали, в частности, что русские нападали на славян и продавали их в рабство. Но тогда возникает закономерный вопрос, почему языки современных славян похожи на русский? Логичный ответ напрашивается — эти языки заимствованы славянами у русских.

Чтобы обосновать сделанный вывод, посмотрим сначала на северные славянские языки, польский, чешский и словацкий. Для этого посредством сетевого электронного переводчика переведем на них предложение: он пришел, потому что захотел.

Польский: On przyszedł, bo chciał

Чешский: Přišel proto, že chtěl.

Словацкий: Prišiel preto, že chcel.

Особенно показательны в своей абсурдности последние два примера: Пришел потому, же захотел, хотя польский принципиально ничем не отличается. Частицы бо и же, называемые в науке клитики, в древнерусском языке использовались в соответствии с т.н. законом Ваккернагеля, т.е. стояли исключительно на втором месте после первого ударного слова в предложении или словосочетании, как частица же используется и в современном русском языке. Буквально так же дело обстоит у всех естественных носителей европейских языков, например у греков, но не у наших славян, как видим воочию. Это значит, что поляки, чехи и словаки пользуются заимствованными языками, не являются их носителями, ибо же совершают грубейшие ошибки, варварские, совершенно невозможные для носителей языка. Ну, разве мы можем сказать — же он захотел? Язык разве повернется? Нет, и это, напомним, лингвистический закон, рефлекс речи носителей языка.

Кстати, украинский язык тоже принадлежит отнюдь не носителям древнерусского языка, но рассматривать его в данных рамках нет необходимости, потому что произошел он после монгольского нашествия от польского и русского языков, тоже, разумеется, варварски по отношению к древнерусскому языку и даже к современному русскому.

В южных славянских языках, дунайских, болгарском и сербском, варварского использования клитик вроде бы нет, но в болгарском используется, например, ужасающий синтаксический тюркизм вроде в книгата, местный падеж тюркского языка, например Караганда, Ялта и т.п. Заметим, это не просто заимствованное тюркское слово — это элемент словообразования. Ну, разве у нас, русских, язык повернется сказать — видел в книгата? Коли же у болгар поворачивается, то им просто нет разницы, как говорить на этом чуждом для них языке, а предкам их, значит, удобнее было использовать знакомые и привычные тюркские формы, чуждые заимствованному ими русскому языку. Вспомним, кто у нас были тюркоязычные поволжские болгары по ибн Фадлану? Разумеется, славяне. В целом возражений славянству болгар нет, но следует помнить, что этнически славяне к русским отношения не имеют — только культурное, по заимствованному ими русскому языку.

Насчет же сербского и некоторых иных славянских языков можно заметить то же самое с той же буквально очевидностью. Например, указанным выше методом переведем на сербский язык слово русский — руски. Очевидно по написанию, что сербы не понимают морфологии того языка, которым пользуются, не чувствуют ее. В данном слове должно быть два звука С: один принадлежит корню рус-, а второй — суффиксу -ск-, как в слове српски (сербский). И это не чистописание, а ошибочный рефлекс речи, инородный акцент, противоречащий языку (германцы, например, двойных согласных не произносят, ибо у них двойные согласные имеют иной смысл, например закрывают слог для иного чтения гласной). То же самое относится ко всем славянам вплоть до украинцев. Варвары, извольте убедиться.

Приведенное деление славянских языков на откровенно варварские (северные) и заметно менее варварские (дунайские) объясняется, вероятно, исторически, т.е. исток славянских языков должен быть на Дунае. Любопытно при этом, что в русских былинах упоминается Дунай, есть даже былина о смерти Дуная Ивановича… Опять, что ли, какая-то дикая ошибка или фальсификация истории? Увы, опять.

Мы получили, стало быть, что славяне заимствовали русский язык, вероятно на Дунае, а также — что русские по своему происхождению имеют некое отношение к Дунаю, раз уж сохранилось в русских былинах память о Дунае. Исторически вопрос этот разрешается просто: наши летописные варяги половины девятого  века — это авары расположенного на Дунае Аварского каганата, погибшего в самом конце восьмого века или немного позже, представители которого не только жестоко угнетали подчиненных каганату славян, но и говорили, следовательно, на русском языке, навязанном, как мы знаем, славянским рабам каганата, варварам. Вполне возможно, впрочем, что русский язык был не единственным в каганате — утверждать ничего нельзя за отсутствием исторических данных.

Если считать наших летописных варягов народом, то на роль эту сгодятся только представители аваров — народа, прекратившего свое государственное существование незадолго до начала государственного существования Руси. Как следует из теории Л.Н. Гумилева, народы не могут существовать вне организации, а потому даже распавшийся этнос воссоздает вскоре новую организационную структуру, уже под новым именем и с новой этнической памятью (наше воспоминание о Дунае — вопиющее исключение), но до появления Руси исчез в Европе только один народ — авары. А пожалел об аварах только один народ на свете — русские, создавшие былину о смерти Дуная… Случай это уникальный, ибо историческая память народа обычно не простирается на время, предшествующее его рождению.

Сделанным предположением о тождестве варягов и аваров или их части снимаются все противоречия нашей начальной историографии вместе с двумя глупыми теориями происхождения русских, славянской и норманнской, да и славяне в свете его обретают логичное место в мировой истории.

К сожалению, ни об этническом происхождении авар не известно вообще ничего, ни о языке их. О том и другом существует масса научных гаданий, но логичного и обоснованного среди гаданий ничего нет за отсутствием материала для выводов. Существует, впрочем, одна надпись на чаше, которую полагают аварской, но это очевидный вымысел — она болгарская (тюркская), т.е. славянская, что можно утверждать совершенно точно по наличию в ней болгарского слова жупан. Слово это, возможно, идет к слову жус (сотня, у казахов это также нечто вроде рода, например старший жус), т.е. имеется в виду сотник, хотя слово пан здесь явно не тюркское (на тюркском языке это значит местоимение я) и не греческое (на греческом это значит всё). Вероятно, отсюда, из болгарского титула жупан, идет варварское слово северных славян пан в смысле господин — варварское потому, что никто из них его не понимает и корней славянских у него просто нет (исторически господа славянские существовали всегда вне славянства и, кстати, существуют вне него по сей день, да и самое это слово, славяне, вошло, например, в английский язык в значении рабы).

Историческая сложность заключается также в том, что авары пришли на Дунай откуда-то из пределов Тюркского каганата, из-за Волги, по пути гуннов, т.е. необходимо принесли с собой тюркские титулы, а также и властвовали над значительной тюрко-германской массой, славянами. Отличить одних от других тут было бы иной раз непросто даже при наличии аварских древностей, но древностей-то почти и не осталось… Причина же отсутствия их, увы, банальна — жадность европейских варваров, которые разграбили Аварский каганат. Может быть, что-нибудь и сохранилось бы, не одна дешевая славянская чаша, а сто, например, дорогих аварских, если бы на каганат напали греки, культурный народ, но, увы, Аварский каганат был уничтожен Карлом Великим (кстати, это тюркское имя — Карлы, как приведено выше, что значит Старый).

Если рассматривать в плане аварского происхождения русский язык, а именно — тюркизмы его, то можно, конечно, предполагать контакт русского языка с тюркским в весьма отдаленной древности и даже единство их группы по синтаксису, русского и енисейского языков, но это, к сожалению, не доказательство тождества аваров и варягов нашей летописи — это лишь не противоречит данному тождеству и наводит на мысли о более глубокой связи тюркского мира с русским, чем принято считать. Здесь, конечно, и гунны, и авары, и причерноморские германцы, готы, получившие русское имя от имени греческой богини возмездия Немезиды (Νέμεσις, Нéмесис) — немцы, и тюрко-германский суперэтнос в северном Причерноморье, и многое иное, но к рассматриваемым истокам Руси все это прямого отношения не имеет, хотя и создает любопытный исторический фон.

Можно добавить еще один крайне любопытный факт в качестве фона: древнерусский язык по синтаксису весьма сходен не только с енисейским тюркским, но и с современным английским, одним из германских языков, который тоже заимствован его носителями (синтаксис его не изменяется с самых древних времен, только произношение, т.е. это чистая формальность для его носителей, выученный урок). Спрашивается, откуда идет заимствование? Откуда вообще взялись эти германцы? Безусловно, общность синтаксиса германских языков и русского с енисейским языком тюрок указывает на одно их происхождение — вероятно, где-то близ Енисея,— но почему же тогда авары, которые вслед за гуннами пришли из тюркских степей, тоже не могли принести с собой родственный язык, который позже был назван русским? Это не просто обосновано — это вполне закономерно в свете лингвистических данных, но следует отвлечься от глупой идеологии, выдуманной отчасти теми же германцами в приступе своего мнимого величия. Вполне вероятно, что европейские языки, родственные енисейскому, принесены были в Европу сначала гуннами, потом аварами… Конечно, языки эти изменялись на месте — например, русский за последнюю тысячу лет изменился по синтаксису до неузнаваемости, но словарный состав сохранил. У германцев же и славян процесс идет обратный — синтаксис не меняется, а слова чужеродные прибывают… Варвары, извольте убедиться.

Если серьезно отнестись к выходу с Енисея не только тюркского, но и русского языка, и некоего германского, вероятно готского, то следует лишь подвергнуть сомнению беспочвенное утверждение Иордана, который заявил, что готы пришли в Причерноморье со Скандинавского полуострова, образовав, так сказать, круговорот германцев в природе. Если отринуть это беспочвенное утверждение Иордана, ничем не подтвержденное, то появление из бассейна Енисея схожих синтаксически языков — тюркского, готского и русского — уже не будет казаться диким вымыслом или фальсификацией истории. Обосновано оно, конечно, более, чем беспочвенное утверждение Иордана.

Если же говорить предметно об аварском языке, то следует с прискорбием отметить, что сохранились для потомков лишь отдельные слова аварские, которые, как ни странно, иной раз в точности соответствуют русским, например одно из имен:

Утром каган [аварский] послал туда Самура, дав ему под начальство восемь тысяч человек. Ромеи [византийцы называли себя римлянами, ромеями] не пришли в изумление от наступающего на них войска, но, стиснув зубы, непоколебимо держались в своих рядах. Варвары были побеждены, и каган удалился с поля битвы со своими войсками.


Феофилакт Симокатта. Указ. соч.

Берем с полочки словарь русского языка В.И. Даля и читаем: «САМУРЪ м. астр. дикий кабан. Самурный смл. пасмурный, угрюмый», смурной, позднее — хмурый. Исток слова здесь, собственно, не вполне важен — важно буквальное совпадение аварского собственного имени со словом из современного русского языка и даже со старинной дворянской фамилией Сабуровы, тоже собственным именем (мена М и Б не только естественна в тюркском языке, но возможна и в русском, как отмечал еще Даль, скажем мел — бел). Впрочем, что такое даже десять подобных совпадений, которых еще и нет? Это еще случайность или уже закономерность? Увы, в случае с аварами мы постоянно наталкиваемся на отсутствие необходимых сведений… С равным успехом мы можем сопоставить приведенное аварское слово с известным японским словом самурай. И где же тогда объективная истина? Увы, для приближения к ней просто нет исторических данных, хотя подозревать мы можем очень многое — и даже вполне обоснованно, как показано выше.

Сохранилось для потомков и хазарское слово хринг (крепость), которое германцами Карла, практически современными уже европейцами, было очевидным образом искажено и в начале (например, Хрольф — Рольф), и в конце (например, викинг). Если же с учетом германских забобонов предполагать за приведенным словом слово риг, то возникает вопрос по воссозданию формального пробела в русском языке: как образовать формально правильный инфинитив несовершенного вида от совершенного ринуть? Ну, наверно, следует взять за образец пару, например, дернуть — дергать, и по форме дергать образовать инфинитив ригать (отталкивать по Далю, см. сл. реять), от которого формально и возможен корень риг и древнее слово ригъ, с глухим окончанием Ъ. Разве по смыслу это не совпадает с назначением аварского хринга, крепости? И не отсюда ли идет имя известного города Рига, основанного германцами на землях своих рабов в Прибалтике? Почему бы и нет? Кто же не любит громкие имена, славные в истории? А надо заметить, что аварские хринги обладали среди германцев высокой популярностью, как хорошо видно по древней германской форме слова… Город же Рига был основан в начале тринадцатого века, и это уже практически современность по сравнению со временем аваров.

Любопытно также, что слово, похожее на аварское хринг, встречается в нашей древнейшей летописи:

В лето 6652 [1144] бысть знамение за Днепромъ в Киевской волости: летящю по небеси до земли яко кригу огнену, и остася по следу его знамение въ образе змья великаго, и стоя по небу съ час дневный, и разидеся.


Ипатьевская летопись. Рязань: Александрия, 2001, стр. 225 // Русские летописи. Т. 11.

В качестве приставки здесь причуды уже не германские, а наши: корова (рёва), козел (зол), кричать (от сл. речь), кобура (бурая) и проч., что, возможно, и породило германскую причуду, если иметь в виду аваров как прародителей ее. Вероятно, в данном случае слово криг можно соотнести не только и не столько со словом круг, сколько со словом ринуть, ригать. Вполне даже возможно, что с данным значением связано немецкое слово криг (Krieg, война), заимствованное, конечно, как и всё важное у германцев. Так, любопытно, что все, наверно, без исключения собственные германские имена являются заимствованными. Как писал еще Иордан: «Готы принимают гуннские имена» (Хельмут, например, с монгольским окончанием рода, класса в логике, вроде нашего -ов) — вероятно, старинный красивый обычай, не известного нам происхождения.

К сожалению, случайно сохранившихся в истории отдельные аварские слова, даже полностью совпадающие с русскими, не могут служить доказательством общности или тождественности аварского (варяжского) и русского языков: слова легко перетекают из языка в язык. Если же отвлечься от отдельных слов, то и рассматривать больше практически нечего. И об аварах известно катастрофически мало, и о варягах у нас в летописях нет почти совсем ничего конкретного — лишь один раз встречается варяжское имя, имеющее несомненное тюркское происхождение:

[1024] И възвративъся Ярославъ, приде Новугороду, и посла за море по варягы. И приде Якунъ с варягы, и бе Якунъ слепъ, и луда бе у него золотомь истъкана.


Повесть временных лет, стр. 65.

В иных списках той же летописи есть написание Акун, что совсем уже прозрачно: это тюркское сочетание ак-кюн, белое солнце. У нас тюркское слово кюн огрублялось стойко, например куна, куница. Кстати, сравните со славянами, как легко и во всех случаях вылетел из имени Ак-кюн двойной звук К, чуждый русскому языку. Буквально так же и славяне произносят русские слова с двойными согласными звуками, тоже чуждые им.

К сожалению, по тюркскому имени ничего нельзя сказать о национальности его носителя: имя могло быть заимствованным, и в принципе Акун мог быть даже германцем, чему, впрочем, нет никаких подтверждений — ни исторических, ни лингвистических, никаких. У германцев было похожее имя — Хакон, происходящее, возможно, от имени Ак-кюн, но предполагать в Акуне германца нет ни малейших оснований, более того, это невозможно, ибо имя Хакон записывалось и звучало по-русски без проблем. Ну, коли был бы Хакон, то именно так бы и написали. Какие проблемы-то?

Самое существование варягов и, главное, изгнание их из Новгорода подтверждается то ли оберегом, то ли монетой князя Святослава Игоревича, как принято считать по форме изображенного символа:

Монета Святослава


В.Л. Янин. Актовые печати древней Руси. М.: Наука, 1970.

На левом виде написано по-гречески, но с русской буквой С (заглавная сигма – Σ): ONTEC AЛHN~, где опущено окончание инфинитива αληναι. Это значит ставшие гонимы, т.е. речь идет о летописном изгнании варягов из Новгорода. На правом же виде нечто неудобоваримое даже по-гречески…

Отсюда можно заключить только то, что варяги, несмотря на известное нам тюркское имя одного из них, почему-то предпочитали греческий язык, «язык образованных людей», но считать их греками, конечно, нет оснований.

Подводя итог, следует признать, что у нас нет и, к сожалению, быть не может доказательств этнической принадлежности ни авар, ни варягов. Вместе с тем у нас есть несколько несомненных фактов, позволяющих связать варягов с аварами:

  1. Былина о кончине Дуная, поразительная неисторическая память русского народа о Дунае, о некоей смерти на Дунае, которую нетрудно соотнести с гибелью Аварского каганата.
  2. Покоренные Аварским каганатом славяне на Дунае, которые говорят на заимствованных языках, близких русскому, т.е. заимствованных, вероятно, в каганате.
  3. Синтаксическое сходство древнерусского языка с енисейским тюркским и даже с германскими языками (современный уже не похож), что указывает на единое их происхождение — вероятно, где-то близ Енисея.
  4. Совпадение отдельных аварских слов с русскими.
  5. Противоречивость двух теорий происхождения русского народа, славянской и норманнской, доходящая даже не до глупости — до полного безумия.

Сложив все сказанное, следует признать, что аварская теория происхождения русских (варяжская) является не просто предпочтительной — единственной логичной, не имеющей даже малейших противоречий, не говоря уж о противоречиях, уместных разве что в сумасшедшем доме, которыми отличны славянская и норманнская теории.

Тоже интересно:

  1. Славяне
  2. Русские
  3. Украинцы
  4. Повесть временных лет
  5. Норманнская теория

Зову живых