На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Славяне и Русь

Дм. Добров • 19 октября 2010 г. • Обновлено 7 мая 2016 г.
  1. История
  2. Истоки русской истории
  1. Древняя Русь и славяне
  2. Славяне и Русь
  3. Варяги и Русь
  4. Авары и Русь
  5. Мать городов русских
К.А. Васильев. Вольга и Микула

Наша историография придерживается той столбовой дороги, что славяне исторические поселились в районе Киева вскоре после Потопа и стали трудолюбиво возводить основы будущей великой Руси. Положим, что так, но почему же тогда вершина Руси, Россия, вдруг оказалось за этническими и географическими границами трудолюбивых киевских славян, а сами они не у дел остались за пределами России? Несправедливо, не так ли? Тысячелетиями от Потопа строили, значит, в одном месте, а здание поднялось в ином? Да бывает ли такое? Существует, правда, предположение о «феодальной раздробленности» Киевской Руси, но «раздробленность», приведшую к рождению нового народа, не следует ли называть этнической?

Так кто же такие славяне? Выродившаяся в современную историю старинная идеология учит, что был народ по имени славяне. Допустим, но когда же и где жил загадочный этот народ, если имя его не использовалось историками как этническое? Например, ибн Фадлан в описании своего знаменитого путешествия на Волгу славянами стойко именовал болгар, тюркского корня народ, а византийские греки в первом тысячелетии по РХ — германцев, причем примеров довольно для того, чтобы задуматься о связи и сущности вещей. Скажем, византийский император Константин Багрянородный написал в книге «Об управлении империей» подробно о Руси того времени — с упоминанием русских и славян, «их пактиотов» (от слова пакт, международный договор). Константин привел имена днепровских порогов на русском языке и на «славянском», перепутав языки за незнанием… Поскольку же русский язык нам известен, и русские имена мы отличить пока еще способны, то приводимые Константином германские по корню имена являются славянскими, и другой вывод здесь немыслим. Вот отрывки из сочинения Константина о русских и славянах:

[Да будет известно], что приходящие из внешней Росии в Константинополь однодревки являются одни из Немограда, в котором сидел Святослав, сын Игоря, архонта Росии, а другие из крепости Милиниски, из Телиуцы, Чернигоги и из Вусеграда. Итак, все они спускаются рекою Днепр и сходятся в крепости Киева, называемой Самватас. Славяне же, их пактиоты, а именно кривитеины, лендзанины и прочие славинии, рубят в своих горах [?] однодревки во время зимы и, снарядив их, с наступлением весны, когда растает лед, вводят в находящиеся по соседству водоемы. Так как эти [водоемы] впадают в реку Днепр, то и они из тамошних [мест] входят в эту самую реку и отправляются в Киев. Их вытаскивают для [оснастки] и продают росам. Росы же, купив одни эти долбленки и разобрав свои старые однодревки, переносят с тех на эти весла, уключины и прочее убранство… снаряжают их. И в июне месяце, двигаясь по реке Днепр, они спускаются к Витичеву, которая является крепеостью-пактиотом росов, и, собравшись там в течение двух-трех дней, пока соединятся все моноксилы, тогда отправляются в путь и спускаются по названной реке Днепр. Прежде всего они приходят к первому порогу, называемому Эссупи, что означает по-росски и по-славянски «Не спи». […] Когда они пройдут этот первый порог, то снова, забрав с суши прочих, отплывают и приходят к другому порогу, называемому по-росски Улворси, а по-славянски Островунипрах, что значит «Островной порог». […] Подобным же образом минуют они и третий порог, называемый Геландри, что по-славянски означает «Шум порога», а затем так же – четвертый порог, огромный, нарекаемый по-росски Аифор, по-славянски же Неасит, так как в каменьях порога гнездятся пеликаны. […] Подступив же к пятому порогу, называемому по-росски Варуфорос, а по-славянски Вулнипрах, ибо он образует большую заводь, и переправив опять по излучинам реки свои однодревки, как на первом и на втором пороге, они достигают шестого порога, называемого по-росски Леандри, а по-славянски Веручи, что означает «Кипение воды», и преодолевают его подобным же образом. От него они отплывают к седьмому порогу, называемому по-росски Струкан, а по-славянски Напрези, что переводится как «Малый порог».


Цит. по: Повесть временных лет. Издание второе, исправленное и дополненное. СПб: Наука, 1999, стр. 386 – 387.

Некоторые легкомысленные люди могут, конечно, заключить, что это трагическая ошибка, т.е. русский язык «на самом деле» является германским, но, во-первых, этот абсурд даже обсуждать нечего — русский язык не является германским и никогда не являлся, таких данных нет, а во-вторых, существование вблизи Киева германцев-славян подтверждено нашей древнейшей летописью, в которой они перечислены даже поименно, а именно — в договоре Олега с греками:

Мы, от рода рускаго, Карлы, Инегелдъ, Фарлоф, Веремуд, Рулавъ, Гуды, Руалдъ, Карнъ, Фрелавъ, Руаръ, Актеву, Труанъ, Лидул, Фостъ, Стемид, иже послани от Олга, великаго князя рускаго, и от всехъ, иже суть под рукою его, светлых и великих князь и его великих бояръ…


Там же, стр. 18.

Это те самые «пактиоты», о которых писал Константин Багрянородный,— пограничный славянский народ, окраинный, украинский. Вполне логично, что германские их имена совпадают с их германским языком, который Константин и должен был назвать славянским. Наверно, это потомки готов, которые никакого удивления на Украине не вызывают и не нуждаются в отождествлении с «норманнами», чудом попавшими в степную зону. Да, в обычаях того времени они считали себя русскими, и не верить им нет оснований, ибо уже в договоре Игоря с греками процесс их ассимиляции очень хорошо отражен в германских фамилиях с русскими окончаниями: «Фастовъ, Тудковъ, Каршевъ, Туръдовъ, Берновъ, Гунаревъ…»

Часть этих германцев, находившаяся под властью Хазарии и принявшая иудаизм, после распада Хазарии стала известна под именем жиды, которые говорили на германского корня языке и исповедовали принятый в Хазарии иудаизм. Связь эта подтверждена выше в тексте Константина Багрянородного иудейским именем Самватас. Самватас или Самбатас (Σαμβατασ, у греков не было буквы Б) — это искажение на греческий лад иудейского имени Самбатион, к еврейскому слову суббота, как называлась легендарная иудейская река:

САМБАТИО́Н (סַמְבַּטְיוֹן; также Санбатион и Саббатион), легендарная река, которая в будни бурлит и кипит, а по субботам покоится. За Самбатион была уведена ассирийцами (см. Пленение ассирийское) часть из колен исчезнувших. Самбатион упоминается в Псевдоионатановском Таргуме (Исх. 34:10). Упоминание о чуде Самбатиона содержится в Талмуде (Санх. 65б). В будние дни Самбатион течет столь бурным потоком, что увлекает за собой камни, и потому его невозможно переплыть (Быт. Р. 11:5).


Суть этой легенды в том, что реку Самбатион перейти иудею нельзя, так как по субботам, когда река покоится, он тоже должен отдыхать в неукоснительном порядке. Очевидно, что именем Самбатион можно было назвать пограничную реку — реку, которую нельзя перейти. От реки же называли и крепость, причем люди, явно не сведущие…

Стало быть, видим, что Киевскую крепость основали хазарские германцы — впоследствии жиды, если уж их топоним укрепился среди русских и дожил до новых времен. И крепость эта, как явствует из названия, была пограничной, т.е. владения Хазарии простирались до Днепра.

По сочинению Константина очень хорошо видно, что русских и славян он считал разными народами, связанными международным договором, пактом, даже и с разными языками, русским и каким-то германским, что вполне соответствует этнической среде северного Причерноморья, но противоречит, конечно же, нашим летописным заклинаниям о единстве русских и славян вплоть до единства языков… Это ложь, идеологическая ложь, в чем мы постепенно и убедимся.

Есть у византийских историков и иные указания на то, что наши летописные славяне были германцами. Например, об этом прямо пишет Лев Диакон в Шестой книге своей работы «История»:

Император Иоанн, получив такой ответ от скифа, снова отправил к нему послов, поручив им передать следующее: «[…] Полагаю, что ты не забыл о поражении отца твоего Ингоря, который, презрев клятвенный договор, приплыл к столице нашей с огромным войском на 10 тысячах судов, а к Киммерийскому Боспору прибыл едва лишь с десятком лодок, сам став вестником своей беды. Не упоминаю я уж о его [дальнейшей] жалкой судьбе, когда, отправившись в поход на германцев, он был взят ими в плен, привязан к стволам деревьев и разорван надвое».


Речь идет о князе Игоре Рюриковиче, который был убит древлянами — нашими записными славянами, которые вскоре после Потопа поселились на Днепре в районе Киева и стали диалектически перерастать в русских, ведь русские и славяне — это одно и то же. Логично, не правда ли?

Сообщение Льва Диакона также подтверждается нашей древнейшей летописью, в которой названо имя князя древлян — Мал, а несколько ниже в той же летописи это имя встречается уже в германской полной форме: «В лето 6508 преставися Малъфредъ», Повесть временных лет, стр. 57. Не ясно, кто такой этот Малфрид (много позже данное имя встречается в летописи как женское), но ясно, что кровный родственник Зигфриду и Готфриду.

Также можно встретить именуемых славянами людей с германскими именами на страницах труда Феофилакта Симокатты, который носит то же самое захватывающее название, что у Льва Диакона,— «История». Например, он приводит славянские имена Ардагаст и Пирагаст:

VII. 1. Наступил после этого двенадцатый день, и стратиг, построив суда, переправился через реку. Услыхав, что Ардагаст собрал толпы пришлых славян, желавших поживиться добычей, Приск среди ночи начал поход.


Феофилакт Симокатта. История. Книга шестая.

Господство славянской теории над умами столь высоко, что эту германщину «переводят», например, как «Радогость», но не объясняют, почему греки исказили это слово именно на германский лад, если на их языке легко можно было произнести якобы русское слово. Данное германское имя, Редегаст, значительно позже приводит также Гельмольд в «Славянской хронике», но у него это божество в славянском городе Ретра, к слову Red (красный, цвет власти в Византии) или Redеr (приспешник красного), откуда, вероятно, названы у Гельмольда и сами славяне на латинском языке — redarii. Увы славянофилам, нигде, ни в одном источнике, не прослеживается связь славян с русским языком — везде в Европе это очевидные германцы, даже в двенадцатом веке при Гельмольде.

Стало быть, вдумаемся: из сочинений трех известных византийских историков и одного германского — Константина Багрянородного, Льва Диакона, Фоефилакта Симокатты и Гельмольда — нетрудно почерпнуть, что славяне вовсе не родственны русским, а представляют собой некий совершенно иной народ или группу народов германского корня. Причем набор историков, открывающих истинное лицо славян, легко можно расширить. Напомним, ибн Фадлан, лично побывавший на Волге, отличал славян от русских, славянами называя тюркоязычных поволжских болгар… Это, конечно, перевешивает прочие мусульманские свидетельства, которые мы рассмотрим ниже, так как прочие-то принадлежат отнюдь не очевидцам.

Достаточно ли пяти указанных источников хотя бы для того, чтобы задуматься о связи и сущности вещей и несколько иначе взглянуть на нашу древнейшую летопись в части немотивированных ее утверждений о родстве славян и русских?

Возникает вопрос, конечно, есть ли смысл в имени славяне у ибн Фадлана против его употребления греками? Почему бы и нет, если смешение тюркоязычных и германоязычных народов в истории отмечено? Вспомним для примера хазар, представлявших собой смешение тюрков (хазар) и германцев (жидов). Кроме того, некую тюрко-германскую среду у готов отметил Иордан в своем известном о них сочинении, мол готы принимают гуннские имена…

Весьма сомнительно, что «античное» имя склабин, мусульманское сакалиба и русское славянин обозначают одно и то же понятие, так как сходство между указанными словами весьма отдаленное, но кто же подвергал сомнению тождество данных слов? Никто ведь даже не задумался, что из русского слова славяне, сиречь «славянского», ни «античное» имя, ни мусульманское произойти не могло, так как в нем имеется вставная буква К, каковой странный общий акцент между «античным» языком и арабским или персидским едва ли возможен. Следовательно, звук К был в исходном имени… Так откуда же произошли слова склабины и сакалиба?

Слово сакалиба может быть искаженным переводом на тюркский язык латинского понятия варвар, имеющего некую общность со словом борода (barba), простое созвучие или общность в корне. На тюркском языке ак-сакал  значит белая борода, старец, аксакал, а слово сакалык или сакалиг можно буквально понять как варвар в смысле бородач, бородатый (римляне брились). Слово же сакалиг чуть ли не буквально равно мусульманскому сакалиба. Так что же это за славяне такие, которые пользовались тюркским языком? Скажете, «просто совпадение» или домысел? Да нет, не совпадение. Например, известен по нашим летописям и по греческим народ по имени печенеги, но это имя представляет собой бранную кличку на тюркском языке — обезьяноподобные, к слову bičin, обезьяна (гуннов, например, описывали как коренастых людей с крепкими затылками). У Махмуда Кашгарского, впрочем, дан бессмысленный этноним bečänäk (предполагалось, видимо, что слово тюркское, ведь тюркские имена значимы, символов нет), который представляется неверным против осмысленного и более близкого к нашему слову по звучанию bičinig или pičinig, все равно (в тюркском языке так же, как у нас, возможно было оглушение звонких согласных). Так кто же дал печенегам бранную эту кличку? Неужели славяне, говорившие на тюркском языке? А если не славяне, то кто же это в Причерноморье пользовался тюркским языком? Да, конечно, это были славяне, но отнюдь не родственные русским по языку.

Наше слово славяне, вероятно, никак не относится к «античному» склабины, хотя об «античных» вымыслах забывать не стоит: только народов греки выдумали несколько, например «росмосохи», «фовеляне», «тавроскифы» (первые два имени из книги Иезекиля, третье из вымыслов беспокойного воображения). Слово славяне однокоренное со словом соловый, от которого названы, например, Соловецкие острова. Даль отмечает за словом соловый только цвет шерсти или конской масти — желтоватый конь, со светлой гривой и хвостом. Есть у него, впрочем, выражение глаза соловеют — мутнеют, гаснут. Это, конечно, не все значения, так как отсюда не ясно, например, имя Соловецкие острова. Ну, не могли же острова называться желтоватыми или мутными? Значение должно быть переносное, а переносные значения устанавливаются очень тяжело…

В связи с данной загадкой вспоминается иная — странное словцо из Новгородской Первой летописи, «туска», не понятое даже каким-то древним переписчиком летописи, так как рядом с ним употреблено невозможное сказуемое — «беруще туску». Решается загадка несложно: что такое тусклый? Тусклый — это мутный, не правда ли? Верно, а что такое смута? Да это ведь буквально то же самое, что и «туска»… Стало быть, и славянами во время оно могли называть мятежников, смутьянов, чинящих «туску». Как это ни поразительно, с историческим материалом указанное значение совершенно согласно, даже проясняет смысл непонятного места в законах Ярослава Мудрого, Русской правде:

Убиеть мужь мужа, то мьстеть брату брата любо сынови отца, а любо отцю сына, любо брату чада, любо сестриню сынови. Аще не будет кто мьстя, то 40 гривенъ за голову. Аще ли будет русин или гридень, любо купце или ябетникъ, или мечьникъ, аще ли изгои будет любо словенинъ, то 40 гривенъ положити за нь.


Новгородская Первая летопись старшего и младшего изводов. Рязань: Александрия, Узорочье, 2001, стр. 176. // Русские летописи. Т. 10.

Удивляет объединение слов изгой и славянин, но если под последним понимать бунтовщика, преступника… Смысл же установления в том, вероятно, что закон действует вне зависимости от социального положения граждан, т.е. и за убитого купца, и за «ябедника», и за изгоя, и за преступника следует положить одинаково, 40 гривен. Впрочем, здесь также возможно за словом славянин значение варвар — некий иноверец или инородец, коего тоже можно было сопоставить с изгоем.

Удивление в приведенном отрывке вызывает также использование слова русин в смысле социальном, так как рядом помянут гридень (может быть, тот, кто грядет, наступает, видимо военный какой-то). По данному поводу можно заметить, что имя Русь принадлежит русскому языку и, конечно, имеет значение, а стало быть, может использоваться в своем значении. Однокоренное ему слово — русло, несущее, образующее течение, т.е. объединение русина и гридня выглядит логично. Что же касается точных значений этих слов в данном отрывке, то следует помнить, что написан он тысячу лет назад… И уже несколько столетий никаких гридней с мечниками нет и в помине.

Приведенное сопоставление славян с изгоями говорит о том, что имя свое они получили в некоей империи, ибо же только в империи целые народы могут называться мятежниками или, например, «повстанцами», как ныне. Империю, где родились славяне, ниже мы увидим. Конечно, с точки зрения нынешних исторических представлений не понятно, каким именно образом те народы, которые ныне называются славянскими, могли заимствовать древний русский язык и заговорить на нем, но для понимания сего несомненного факта нужно совсем немного — просто вдумчиво оценить исторический материал.

Поскольку благословенные «античные» свидетельства о Руси оставляют желать лучшего, то разумно бы было обратиться к мусульманским сообщениям о русских и славянах, которых мусульмане тоже, как и все прочие, очень четко различали. Из мусульманских сообщений, как ни странно, тоже можно будет установить этническую принадлежность классических славян — несомненные представители тюрко-германского этнического сообщества, суперэтноса по теории Л.Н. Гумилева.

Одним из доступных источников, где собраны сведения самых разных мусульманских авторов, является работа Б.Н. Заходера «Каспийский свод сведений о Восточной Европе» (найдется в интернете). Ниже цитаты приведены по данной книге. Существует также работа А.П. Новосельцева «Древняя Русь, Кавказ и Закавказье в восточных источниках».

Вот как пишут о славянах:

88. От печенегов до славян десять дней пути по лесам и трудным дорогам. Славяне – народ многочисленный, живут в лесах по равнине. У славян город В.б.нит. 89. У славян мед употребляется вместо винограда, у них развито пчеловодство. 90. У славян свиньи так же многочисленны, как (у мусульман) овцы. 91. Когда умирает славянин, его труп сжигают, вместе с покойным бросают в огонь его жену, при этом совершают тризну и веселятся. 92. Славяне поклоняются огню (или быку). 93. Славяне сеют просо; при наступлении времени жатвы они кладут зерно в сито и, обращаясь к нему, произносят молитву. 94. У славян имеются разные музыкальные инструменты: лютни, тамбуры, свирели (дается подробное описание этих инструментов). 95. Хмельной напиток славян из меда, у некоторых до сотни сосудов этого медового вина. 96. У славян мало вьючного скота, лошадей; они носят рубахи и надевают на ноги сафьяновые сапоги; их вооружение: копье, щит, пики, меч, кольчуга; глава славян и его наместник; глава славян питается молоком вьючного скота (кумысом), он живет в городе В.б.нит, где ежемесячно в течение трех дней происходит торг. 97. Славяне строят подземные сооружения, в которых спасаются зимой от сильного холода (или от нападения мадьяр). 98. Царь славян берет дань платьем. 99. Славяне подвергают суровому наказанию виновных в воровстве и прелюбодеянии. 100. К востоку от славян живут внутренние булгары и русы, к югу – море К.р.з [Черное, т.е. море Гурз, где Гурзуф] и Румское море [Средиземное], к западу и северу – безлюдные пустыни севера.

Убеждаемся, что данные славяне так или иначе принадлежали к степной среде, хотя бы по происхождению: глава их пил кумыс.

В приведенном тексте видим любопытные указания на местоположение славян: во-первых, они соседствовали с венграми (мадьярами), во-вторых — находились к западу от «внутренних болгар» (византийских, вероятно,— находящихся внутри Византии) и русских, а в-третьих — имели столицу в городе В.б.нит. Разумеется, к русским как потомкам славян все это совершенно никакого отношения не имеет, ибо причина и следствие не могут существовать одновременно, да и цитированный источник весьма четко этнографически отделяет русских от славян. Это указание на балканских славян, фактически современных.

Что же касается города В.б.нит, то в виду, вероятно, имеется Вена (там были до католиков чистые славяне — германцы, смешавшиеся, вероятно, с гуннами, откуда и кумыс). Название это тоже наверняка современное, т.е. родственное уже русскому языку, а не германскому. Происходит оно, вероятно, от слова вабить, какое встречается у нас в летописи:

Игорь же пришедъ нача совкупляти вое многи, и посла по варяги многи за море, вабя е [их] на греки, паки хотя поити на ня.


Повесть временных лет, стр. 23.

В.б.нит мог получиться из имени Вабень, к нынешнему слову вадить (повадился), которое равно слову вабить, сохраненному в украинском языке (манить, влечь, словом вадить, приваживать). Возможно, под именем Вадень (Вабень) имелась в виду просто столица: все пути увлекают в Рим. Возможно также, что у мусульман искажение, а город назывался Ведень (т.е. Вадень), как в Ипатьевской летописи и называется Вена. Не сохранилось же славянское название города естественным образом: католики, конечно, предпочли латинское имя, Vindobona, которое потом сокращено было в Вена (Wien).

Посмотрим теперь, как мусульмане описывают русских — кстати, повторим, одновременно со славянами, что, в частности, и указывает на отсутствие родства между славянами и русскими, ибо причина и следствие не могут существовать одновременно, это исключено:

67. Русы проживают на острове, размер которого три дня пути в длину и ширину. На острове – чащи, заросли, земля – сырая. Царя русов называют каган. Русы – народ многочисленный. 68. Русы нападают на славян, продают их в качестве рабов в Хазаране и Булгаре, грабят припасы славян, чтобы этими припасами кормиться самим. 69. У русов – обычай оставлять в наследство имущество только дочери; если у руса рождается сын, отец вручает ребенку меч, заявляя: это – твое наследство, отец приобрел мечом свое достояние, так и ты должен поступать. 70. Русы – один из разделов славян, они возят меха к Румскому морю, а отправляются до Хамлиджа, хазарской столицы, затем плывут по морю Горгана [Каспий] и оттуда уже на верблюдах везут свои товары до Багдада; переводчиками им служат славянские евнухи. Русы называют себя христианами и платят подушную подать. Переплыв море Горгана, русы иногда направляются на Балх, оттуда в Мавераннарх к кочевьям тогузов и в Китай. 71. У русов нет недвижимого имущества, деревень, пахотных полей, их занятие – меховая торговля; за меха они берут чеканные монеты, которые прикрепляют к своим поясам. 72. Русы опрятны, заботятся о своей одежде, так как занимаются торговлей; мужи их носят золотые браслеты. 73. Страна русов богатая, в ней большие богатые города. 74. Русы оказывают почет гостям и хорошо обращаются с чужеземцами, которые ищут у них приюта, они не позволяют никому обидеть гостя или чужеземца, защищают их. 75. У русов мечи соломоновы [сулеймановы, помилуй бог, мусульманин же писал]; когда русы начинают войну, то прекращаются усобицы и все действуют единодушно, пока не победят врага. 76. Если русы не согласны с судебным решением царя, то вступают в поединок на мечах; кто возьмет верх – тот победитель в споре. 77. Знахари у русов занимают привилегированное положение, они имеют власть даже над царем; в качестве жертвы богу русы убивают женщин, мужчин и лошадей. Знахарь указывает, кого следует принести в жертву, и самолично вешает того на дереве. 78. Русы мужественны и смелы, походы совершаются не на конях, а на кораблях. 79. На шаровары, которые носят русы, идет до сотни зар (или араш) материала; русы носят шапки со спущенными по затылку хвостами. 80. Вероломство среди русов – обычное явление, а потому даже за нуждой они ходят в сопровождении друзей. 81. При похоронах знатного руса в могилу, наподобие обширного дома, кладут одежду, пищу, вино, деньги; вместе хоронят живую жену, которую любил покойный. 82. Одежда русов и славян из льна. 83. Русы делятся на три разряда: куйаба, салавийа, арса; особенно страшен разряд арса; в страну арса никто не проникает, так как они убивают всякого иноземца, кто вступил на их землю. Сами русы-арса спускаются вниз по реке для торговли, но никому ничего не сообщают о себе, ни о своих товарах [?], никого не допускают в свою страну. 84. Русы сжигают своих покойников вместе с женами; некоторая часть русов хоронит покойников стоя. 85. Русы бреют бороды, а некоторые завивают; одежда их – короткие архалуки, а одежда хазар, булгар и печенегов – длинные архалуки. 86. К востоку от области русов находится гора печенегов, к югу – река Рута, к западу – славяне, к северу – безлюдные земли севера. 87. В 300/912 – 13 г. или 333/944 – 45 г. русы приняли христианство, но исповедание этой веры «притупило их мечи», и они отправили четырех мужей в Хорезм, чтобы при посредстве хорезмшаха стать мусульманами.

Если судить этнографически, то здесь под общим именем русские описан не один народ, а несколько, что подчеркнуто противоречиями в тексте: «русы оказывают почет гостям и хорошо обращаются с чужеземцами» и «в страну арса никто не проникает, так как они убивают всякого иноземца, кто вступил на их землю»; «русы называют себя христианами и платят подушную подать» и «знахари у русов занимают привилегированное положение, они имеют власть даже над царем»; «русы мужественны и смелы» и «вероломство среди русов — обычное явление»; «русы сжигают своих покойников вместе с женами» и «некоторая часть русов хоронит покойников стоя». Также описание под именем русские сообщества народов, суперэтноса в теории Гумилева, подчеркнуто здесь указанием на три разряда русских — куйаба, салавийа, арса. Поэтому утверждение, что русские представляют собой «один из разделов славян», не имеет смысла, ибо славяне описаны теми же мусульманскими источниками как этнографически единый народ — тем более находящийся на крайне низком уровне культурного развития против русских (дань платьем против внешней торговли до Китая). Вообще, суперэтнос не может быть частью этноса — только наоборот.

По указанным трем разрядам русских можно предположить еще одну этимологию имени славяне, уже не собственную, но согласную с приведенным выше значением варвары: возможно, приведенное мусульманами странное слово салавия является русским переводом греческого τα οϋρια (та урия, глушь), Таврия, Таврида (Крым), сиречь Шалавия, тоже глушь, к слову ошалевший (одичавший). Шалавия — это не обязательно Крым, ибо, например, другая наша «страна Даурия» (τα οϋρια) находилась вообще за Байкалом… Первым из русских там побывал протопоп Аввакум с казаками под началом Афанасия Пашкова, о чем оставил письменные свои воспоминания в «житии» своем.

Шалава. Польский герб дворянский

Самое же поразительное, что русское слово шалава можно связать с польским шляхта, дворянство, если верить самим полякам: Szaława (Saława, Salava, Sielawa) polski herb szlachecki [1], т.е. Шалава — польский герб шляхетский, дворянский, см. рисунок сего герба. Что еще убийственно, на гербе этом изображена женщина, судя по кулону на груди и длинным волосам, переходящим в орнамент,— ужель та самая Шалава, сиречь курва по-польски? Нет, логичнее бы было с нашей точки зрения для обозначения герба выбрать слово Saława с небольшой поправкой — Sława (слава). Может, просто перепутали?

Русское слово Шалавия едва ли несло негативную нагрузку, если обозначало в истоке просто дикую страну, тем более что слово это наверняка произведено от тюркского корня, к слову шалаш, от глагольной основы SAL, набрасывать. Есть у нас и корень шал-, например в словах шалить и шалеть. Негативные значения здесь развились, вероятно, потом, уже в исторические наши времена,— может быть, даже в связи с умными славянами… Ну, не могли же поляки, в конце концов, обозначить дворянство бранным словом? Нет, а значит, бранный оттенок у нас возник позже. Для сравнения можно вспомнить, например, ядовитую рецензию кого-то из наших на книгу «Цветочки» Франциска Ассизского, одного из главных католических святых: «Это еще цветочки — ягодки будут впереди». Столь метко было сказано и даже пророчески (ягодки уж пошли за цветочками-то), что даже в поговорку вошло.

Следует также помнить, что в мусульманском источнике указаны именно «разряды» русских, т.е. салавия — это социальный класс общества, а не именно представители той или иной территории, т.е. польское заимствование вполне логично по форме отношений. Едва ли, впрочем, у нас это было дворянство. Если уж занятием русских была меховая торговля, как сообщают мусульманские источники, то представители класса салавия должны были заниматься промыслом в лесах, в глуши, а жить там в шалашах. Это, возможно, и позволяло уравнивать их с изгоями, как в Русской правде выше.

Может быть, Шалавия располагалась в Крыму, былой глуши Таврической, коль уж названия эти одинаковы по смыслу, хотя леса там едва ли было много… Коли же так, то можно будет объяснить приведенное выше мусульманское сообщение о некоем острове русских, который составляет по размеру три дня пути в ширину и длину: из всех островов подходит только Крым. Греческие поселения в Крыму были, даже на Дону были, но греки плохо понимали происходящее вокруг них, так как полагали, что в Крыму живет или жил народ таврики, откуда, вероятно, и пошло выдуманное ими имя тавроскифы, обозначавшее у них русских — вероятно, до патриарха Фотия, который ввел на смену имя Рос, тоже выдуманное, как обычно (см. книгу пророка Иезекииля, гл. 38 — 39, где вместо еврейского Рош у греков стоит Рос — буквы Ш у них не было). Ну, если вымышленных тавриков еще понять можно (слово урия едва ли греческое, почему и слилось с артиклем, фактически исчезнув), то при чем же здесь скрифы, народ иранский, греки не разъяснят уже никогда. Возможно, под скифами следует числить некую тюркскую часть среди русских, степную, «скифскую», хотя поручиться за этих выдумщиков…

Что же касается двух оставшихся классов, куяба и арса, то класс арса, судя по приведенному мусульманскому описанию, обеспечивал охрану сплавляемых по реке товаров. Слово это тоже, вероятно, тюркское — арка (arqa, спина, опора). Оставшийся же класс куяба, вероятно, производил корабли для перевозки товаров и управлял ими. В основе имени этого класса лежит, вероятно, тоже тюркская основа рубить — кий или кай, откуда слово кайма или кийма. Отсюда же и кий в значении берег, тоже кайма своего рода. Отсюда же и русское слово кий в обобщенном смысле обрубок — жезл, посох, дубинка и даже кий для бильярда, причем речь идет по преимуществу о вещах из дерева, в принципе подверженных рубке, вплоть до киянки (деревянный молоток), что можно найти в словаре у Даля. Трудно указать точный смысл имени Киев, так как корень не русский и малоупотребительный, да и времени много прошло с тех пор, как это имя возникло. Вероятно, киями называли тогда рубщиков лодок или сами лодки, называемые от данного корня, впрочем, тюркским же словом каюки (это слово тоже, конечно, есть у Даля, причем в одном из значений это именно однодеревка, как у Константина Багрянородного выше). Знакомое же нам имя Киев вышло из устойчивого сочетания город киев — их, во множественном числе. Вспомним приведенное выше описание Константина, именно в Киеве русские при участии славян готовили лодки-однодревки для сплава своих товаров в Византию…

Удивление может вызвать использование тюркских терминов для разграничения русской социальной структуры, но это встречается и в историческое время. Например, митрополит Илларион в Слове о законе и благодати называет князя Владимира Святославича каганом, тоже тюркским словом и, между прочим, «безбожным», «языческим». Это значит, что в начальном этногенезе русских принял участие некий тюркоязычный народ, который перенял русский язык и даже принял участие в его создании, о чем будет ниже.

Посмотрим теперь на географическое положение русских, описанное в мусульманских источниках: «К востоку от области русов находится гора печенегов, к югу — река Рута, к западу — славяне, к северу — безлюдные земли севера».— Горой печенегов является, по всей вероятности, Уральский хребет, хотя печенеги жили и в причерноморских степях, по крайней мере — в районе днепровских порогов, что известно точно. Впрочем, сочетание гора печенегов могло быть именем собственным, т.е. наличие там печенегов не обязательно. Река по имени Рута в наших источниках не упоминается, но нетрудно догадаться, что это либо Днепр, либо Дон, либо Волга, которые текут именно на юг из русских пределов. Как видим, все правильно в связи с нынешним положением вещей.

Стало быть, славяне и русские вообще ничего общего не имеют — ни по языку, ни по культурному развитию, ни даже по области проживания. Вместе с тем некий контакт славян и русских, несомненно, был не только на Днепре — иначе невозможно объяснить, например, русское заимствование теми же поляками… И наша задача установить зону контакта.

Варяги и Русь

Если обратиться к нашей древнейшей летописи, в научном обиходе называемой Повесть временных лет, то буквально на второй ее странице читателя ожидает сногсшибательная сенсация, которую представители современной науки упорно не желают осмысливать. Вообще, наука наша в оценках нашей древнейшей летописи находится…— Читать дальше


Зову живых