На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Повесть обращения лет. Часть 1

Дм. Добров • 12 июля 2012 г.
Содержание
  1. Исток Руси
  2. Княжение Олега
  3. Княжение Игоря

Княжение Олега

летопись

И сел Олег княжить в Киеве, и сказал Олег: «Здесь будет мать городов русских!» И были у него варяги, славяне и прочие, прозвавшиеся русскими. Это Олег начал города ставить, и установил он дань славянам, кривичам и мере, и установил варягам дань давать из Новгорода 300 гривен в год ради мира, что до смерти Ярослава давалось варягами [1].

В году 6391 [883] стал Олег воевать с древлянами и, примучив их, взял с них дань по черной кунице.

В году 6392 [884] пошел Олег на северян, победил северян и возложил на них дань легкую, не дав им хазарам дань платить, сказав: «Я им противник, а вам ни к чему».

В году 6393 [885] послал к радимичам сказать: «Кому дань даете?» Они же сказали: «Хазарам». И сказал им Олег: «Не хазарам давайте, а мне». И дали они Олегу по клинку [2], как и хазарам давали.

И стал обладать Олег полянами, древлянами, северянами и радимичами, а с уличами и тиверцами воевал.

В году 6394 [886]

В году 6395 [887] Леон царствовал, сын Василия, которого Львом прозвали, и брат его Александр, который царствовал 26 лет.

В году 6396 [888]

В году 6397 [889]

В году 6398 [890]

В году 6399 [891]

В году 6400 [892]

В году 6401 [893]

В году 6402 [894]

В году 6403 [895]

В году 6404 [896]

В году 6405 [897]

В году 6406 [898] шли угры мимо Киева нагорьем, которое называется ныне Угорское. И придя к Днепру, стали палатками, были ведь ходящими, как засим половцы. Придя с востока, устремились они через горы великие, которые прозвались горами Угорскими, и начали воевать с живущими тут волохами и славянами. Осели тут прежде славяне, а волохи взяли землю славянскую. Потом же угры выгнали волохов, наследовав землю ту, и осели со славянами, покорив их. И прозвалась земля эта с тех пор Угорской.

Начали угры воевать с греками и пленили землю Фракийскую и Македонскую до самых Салоник. И начали воевать с моравой и чехами.

Был единый народ славянский — славяне, которые осели по Дунаю, которых взяли угры, морава, чехи, ляхи и поляне, ныне называемые русские. Для них впервые были переведены книги, для моравцев, которые прозвались грамотой славянской, которая грамота есть у русских и у болгар дунайских.

Славяне, живущие крещеными, и князья их, Ростислав, Святополк и Коцел, послали к царю Михаилу [3] сказать: «Земля наша крещена, но нет у нас учителя, который бы наставлял и поучал нас, истолковывая священные книги. Не разумеем мы ни греческого языка, ни латинского: одни нас так учат, другие иначе, а потому не разумеем ни книжных образов, ни силы их. Пошлите нам учителей, которые могут нам рассказать книжные словеса и смысл их». Услышав это, царь Михаил созвал философов всех и передал им речи славянских князей. И сказали философы: «Есть муж в Салониках именем Лев, и есть у него сыновья, понимающие язык славянский, мудрых два сына у него философа». Услышав это, царь послал за ними в Салоники сказать Льву: «Пошли нам скорее сыновей своих Мефодия и Константина». Услышав это, Лев вскоре послал их, и пришли они к царю, и сказал им царь: «Это Славянская земля прислала ко мне просить учителя себе, который бы мог истолковать им священные книги. Сего желают». И уговорил их царь, и послал в Славянскую землю к Ростиславу, Святополку и Коцелу. Придя же, они начали составлять письмена азбучные славянские и перевели Апостол и Евангелие. И радовались славяне, когда слышали величие Божье на своем языке. Потом же перевели они Псалтырь, Октоих и прочие книги. И стали некие на них роптать и говорить, что не достойно никакому языку иметь букв своих, разве еврейскому, греческому и латинскому, по писанию Пилата, что на кресте написал [4]. Услышав это, папа римский похулил тех, которые ропщут на книги славянские, сказав: «Да исполнится книжное слово, что восхвалят Бога все народы, а также иное: все восславят народы величие Божье, поскольку дал им Святой Дух ответствовать. Если кто хулит славянскую грамоту, пусть отлучен будет от Церкви, пока не исправится. Это же волки, а не овцы, которых нужно по плодам узнавать и беречься от них. Чада Божьи, послушайте учение и не отрицайте наказа церковного, как наказал вам Мефодий, учитель ваш».

Константин возвратился обратно и пошел учить болгарский народ, а Мефодий остался в Моравии. Потом же Коцел-князь поставил Мефодия епископом в Паннонии на престоле святого Андроника-апостола, одного из семидесяти, ученика апостола Павла. Мефодий же посадил двух попов, скорописцев великих, и переложил все книги полностью с греческого языка на славянский за шесть месяцев, с марта месяца по 26 октября. Закончив же, достойную хвалу и славу Богу воздал, давшему такую благодать епископу Мефодию на престоле Андроника. Потому славянскому народу учитель Андроник-апостол, в Моравию ведь ходил. И апостол Павел учил тут. Тут ведь есть Иллирия, до которой доходил апостол Павел, тут ведь были славяне сперва [5]. Потому славянскому народу учитель Павел, от которого народа и мы идем, русские. Потому и нам, русским, учитель Павел, поскольку научил он народ славянский и поставил славянскому народу наместника и епископа по себе — Андроника. А славянский народ и русский — одно и то же, от варягов ведь прозвались русскими, а сначала были славяне. Хотя и полянами звались, а славянская речь была. Полянами же прозваны были, поскольку в поле осели, а народ славянский един.

В году 6407 [899]

В году 6408 [900]

В году 6409 [901]

В году 6410 [902] Леон-царь нанял угров на болгар. Угры же напавшие всю землю Болгарскую пленили. Симеон же, узнав об этом, на угров возвратился, и пошли против него угры и победили болгар, так что Симеон едва успел в Доростол бежать.

В году 6411 [903] Игорь подросший ходил за Олегом и слушался его. И привели ему женщину [6] из Пскова по имени Ольга.

В году 6412 [904]

В году 6413 [905]

В году 6414 [906]

В году 6415 [907] пошел Олег на греков, оставив Киев, взяв множество варягов, славян, чуди, кривичей, мери, древлян, радимичей, полян, севера, вятичей, хорватов, дулебов [уличей] и тиверцев, которые в толковинах у греков звались Великой Скифией [7]. С ними со всеми пошел Олег на конях и на кораблях, и было кораблей числом 2 000. И пришел он к Царьграду, а греки замкнули Суд [цепью] и град затворили. И вышел Олег на берег, и воевать начал, и много убийств греков сотворил около града, и многие разбил палаты, и пожег церкви. А которых ловили пленников, одних рубили, других же мучили, иных же расстреливали, иных в море бросали, и иного много зла творили русские грекам, какое ратные творят.

И повелел Олег воинам своим колеса сделать и поставить на колеса корабли. И когда надуло паруса благоприятным ветром с поля, пошел Олег к граду [в гавань, с моря запертую цепью]. Увидевшие это греки испугались и сказали, послав к Олегу: «Не губи города, пойдем под дань, как захочешь». И остановил Олег воинов, и вынесли ему еду и вино, но не принял его, ибо было с отравою приготовлено. Испугались греки и сказали: «Не Олег это, а святой Дмитрий, посланный нам Богом». И наказал Олег дань дать на 2 000 кораблей, по 12 гривен на человека, а было на каждом корабле по 40 мужей. И согласились греки на это, и стали греки мира просить, чтобы не воевал на греческих землях. Олег же, немного отступив от града, начал мир творить с царями греческими, Леоном и Александром, послав к ним в град Карла, Фарлофа, Вельмуда, Рулава и Стемида [8] сказать: «Идите под дань». И сказали греки: «Чего хочешь, дадим тебе». И наказал Олег дать воинам на 2 000 кораблях по 12 гривен на уключину, а также налог дать на русские города — сперва на Киев, потом на Чернигов, на Переялавль, на Полоцк, на Ростов, на Любеч и на прочие города, по которым сидели великие князья, под Олегом сущие.

[Пропуск в летописи, не отмеченный в публикациях]

Приходящие русские пусть содержание берут, сколько хотят, а которые придут купцы, пусть берут месячину на 6 месяцев, хлеб, вино, мясо, рыбу и овощи. И пусть устроят им омовение, сколько захотят. Отправляясь же домой, на Русь, пусть берут у царя нашего в путь пищу, якоря, канаты, паруса и все им нужное.

И обязались греки, и сказали два царя и боярство все: «Если придут русские без товара, да не взымают месячины. Да запретит словом своим князь приходящим сюда русским пакости творить в селах по стране нашей. Приходящие русские пусть обитают у церкви святого Мамонта, и когда пошлет к ним царство наше, когда перепишут имена их, тогда и возьмут месячину свою — сначала из города Киева, потом из Чернигова, из Переяславля и прочих городов. Пусть входят в город одними воротами с царевым мужем и без оружия по 50 мужей. И пусть торгуют, сколько нужно, не платя мыта ни с чего».

Царь Леон с Александром мир заключили с Олегом, пойдя под дань и клятвами обменявшись между собой [9], сами крест целовав, а Олега водив на клятву. И мужи его по русскому закону клялись оружием своим и Перуном, богом своим, и Волосом, скотьим богом. И утвердили мир.

И сказал Олег: «Сшейте паруса паволочные русским, а славянам шелковые». И стало так. И повесил Олег щит свой на вратах Царьграда, показав победу, и пошел от Царьграда. И подняли русские паруса паволочные, а славяне шелковые, и разодрал их ветер. И сказали славяне: «Займемся своими холстинами, не даны славянам паруса шелковые».

И пришел Олег в Киев, неся золото, паволоки, овощи, вина и всякое узорочье. И прозвали Олега Вещим, были ведь люди погаными и невежественными [10].

В году 6416 [908]

В году 6417 [909]

В году 6418 [910]

В году 6419 [911] явилась звезда великая на западе копейным образом.

В году 6420 [912] послал мужей своих Олег заключить мир и положить уряд между русскими и греками.

Копия второго договора [11], заключенного при тех же царях Льве и Александре

Мы, из рода русского Карлы, Инегелд, Фарлоф, Веремуд, Рулав, Гуды, Руалд, Карн, Фрелав, Руар, Актеву, Труан, Лидул, Фост, Стемид, посланы от Олега, великого князя Русского, и от всех, которые суть под рукою его, светлых и великих князей и его великих бояр к вам, Лев, Александр и Константин, великие в Боге самодержцы, цари греческие, на одержание и на провозглашение во многих летах между христианами и русскими бывшей любви желанием наших великих князей и повелением всех, которые суть под рукою Олега, сущих русских.

Наша светлость, более иных желая в Боге одержать и провозгласить такую любовь, бывшую между христианами и русскими многажды, по праву предполагает, не только просто словами, но и на письме, и клятвою твердою, поклявшись оружием своим, такую любовь утвердить и возвестить по вере и по закону нашему. Так, поскольку обязались мы в Божьей вере и в любви, главы таковы:

По первому же слову да помиримся с вами, греки, полюбим друг друга от всей души и воли, и не дадим, насколько наша воля, быть в сущих под рукою нашей светлых князьях никакому соблазну или вине, но потщимся, насколько по силам, сохранить в будущие все лета [12] с вами, греки, исповеданием и написанием с клятвою извещаемую любовь, непревратную и непостыдную. Так же и вы, греки, да храните к князьям нашим светлым русским и ко всем, которые суть под рукою светлого князя нашего, такую же любовь, без соблазнов и непреложную, всегда, во все лета.

О главах же, в которых заключается преступление, урядимся так:

Сколько явно будет показаний явленными, пусть имеют веру таким явлениям. А которому начнут не иметь веры, пусть клянется сторона та, которая не хочет верить. И когда поклянется по вере своей, пусть будет казнь, если явится согрешение в этом.

Если кто убьет, или христианина русин, или христианин русина, пусть умрет там, где бы ни совершил убийство. Если же убежит совершивший убийство да если он имущий, пусть долю его, сиречь принадлежащее ему по закону, возьмет ближний убиенного. Но и жена убившего пусть имеет, сколько ей причитается по закону. Если же неимущим будет совершивший убийство и убежит, пусть держится тяжба, пока не найдется, и тогда пусть умрет.

Если же кто ударит мечом или побьет каким-либо сосудом, за удар или побои пусть отдаст 5 литров серебра по закону русскому. Если же неимущий это совершит, пусть отдаст, сколько сможет, хоть снимет с себя даже те самые одежды, в которых ходит. Пусть о прочем клянется своею верою [13], что никак иной не поможет ему. Пусть пребывает тяжба к нему оттоле не взысканной.

Если украдет что-либо русин у христианина или, наоборот, христианин у русина и пойман будет в то время тать, когда татьбу совершит, погубившим что-либо [свое или] если приготовится тать творить и убит будет, пусть не взыщется смерть его ни с христианина, ни с русского. Но тогда пусть возьмет свое тот, который погубил. Если руку свою выдаст укравший, пусть взят будет тем, у которого украдено, связан будет и отдаст то, что посмел взять, утроив это.

Если кто из христиан или из русских мучения угрозой покусится и насилием явно возьмет что-либо у товарища, пусть возвратит в тройном размере.

Если ввержена будет ладья ветром великим на землю чужую и найдутся там русские да если кто снабдит ладью вещами своими и отошлет ее обратно на землю христианскую, пусть проводит ее через всякое опасное место, пока не придет она в безопасное место. Если же таковая ладья, то ли бурей, то ли земной преградой остановленная, не может возвратиться в свои места, мы поможем гребцам той ладьи, русские, проводим их с товаром подобру-поздорову, если приключится рядом земля греческая. Если же приключится такое зло с ладьей [близ земли] русской, то проводим ее в русскую землю. Пусть продают имущество той ладьи, и если что можно продать из ладьи, покроем [14] мы, русские, когда придем к грекам с товаром или в посольство к царю вашему, отпустим с честью [за] проданные вещи ладьи их. Если же приключится кому из ладьи убитым быть кем-то из нас, русских, или взято что-либо будет, пусть приговорены будут совершившие это к помянутому выше наказанию за это.

Если пленника любая [15] сторона удерживает, или русские, или греки, проданного в эту страну, и если окажется русским или греком, пусть выкупят его, возвратят выкупленное лицо в его страну и возьмут цену его купившие. Пусть причитается [16] за покупку цена на тот день челядина. Также если в бою будет взят из них грек [или русский], также пусть возвратится в свою страну и отдана будет цена его, как сказано уже, то есть за покупку.

Когда же потребуется на войну идти и почтят они царя вашего, да если, в какое время сколько их ни придет, останутся они у царя вашего по своей воле, пусть будут. Большинство русских пленников, из какой-либо страны пришедших на Русь и проданных христианам, а также и христиане плененные, из какой-либо страны пришедшие на Русь, продаваемые по 20 золотых, пусть вернутся к грекам.

Если украден будет челядин русский или ускачет или по нужде продан будет и жаловаться на него начнут русские, пусть показания возьмут у челядина и вернут его на Русь. Но и купцы, если погубили челядина и жалуются, пусть ищут искомое и возьмут его. Если же какой наместник искушения сего не даст сотворить, пусть погубит правду свою.

И о служащих грекам русских у христианского царя. Если кто умрет, не урядив своего имущества или своих не имея, пусть возвратится имущество к малым ближним на Русь. Если же сотворит он обряд и возьмет уряженное его тот, кому отписал он наследовать имущество его, пусть наследует его от торгующих русских, от различных ходящих к грекам и одалживающих.

Если злодей не возвратится на Русь, пусть жалуются русские христианскому царству и взят будет он, и возвращен против воли на Русь.

Все это пусть делают русские грекам, если где приключится так.

Для утверждения неизменного бытия между вами, христиане, и русскими былой мир, заключенный Ивановым написанием во двух грамотах, царя вашего и своею рукою, предлежащим честным крестом и святою единосущною Троицею единого истинного Бога вашего он возвестил и дал нашим послам. Мы же клялись царю вашему, от Бога сущему, как Божие здание, по закону и по обычаю народа нашего не преступать ни нам, ни иному из страны нашей установленных глав мира и любви. Это писание дали царству вашему на утверждение, чтобы обоим пребывать в данном договоре для утверждения и для возвещения между нами пребывающего мира, месяца сентября 2, индикта 15, в году сотворения мира 6420.

Царь Леон почтил послов русских дарами, золотом, паволоками и одеждами и приставил к ним мужей своих показать церковную красоту, палаты золотые и сущее в них богатство, золото многое, паволоки, камни драгоценные и страсти господни, венец, гвозди и хламиду багряную, а также мощи святых, научая их вере своей и показывая им истинную веру. И потом отпустил их в землю свою с честью великой. Посланные же Олегом послы пришли к Олегу и поведали ему речи обоих царей, как заключили мир и уряд положили между Греческой землей и Русской, дабы клятвы не преступать ни грекам, ни русским.

И жил Олег в мире со всеми странами, княжа в Киеве. И приспела осень, и помянул Олег коня своего, которого поставил кормить и не восседал на которого, поскольку вопрошал волхвов и кудесников, «от чего придется мне умереть», и ответил ему кудесник один: «Князь! Конь, коего любишь и ездишь на коем,— от него тебе умереть». Олег же, приняв на ум, так сказал: «Никогда не сяду на него и не увижу его больше». И повелел кормить его и не водить его к нему. И прожил он несколько лет, не видев его, пока на греков не пошел. Придя же в Киев и прожив четыре года, на пятый помянул он коня, от которого предрекли волхвы ему умереть. И позвал старейшину конюхов, сказав: «Где конь мой, которого поставил я кормить и блюсти?» Он же сказал: «Умер». Олег же посмеялся и укорил кудесника, сказав: «Неправильно говорят волхвы, если все это ложь: конь умер, а я жив». И повелел оседлать коня: «Посмотрю хоть на кости его». И приехал на место, где лежали голые кости его и череп голый, слез с коня и посмеялся, говоря: «От черепа ли этого было смерть мне принять?» Наступил он ногою на череп, и змея, выскользнув из черепа, ужалила его в ногу. И с того разболелся Олег и умер. И плакали люди плачем великим. И понесли его и погребли на горе, что называется Щековица. Существует могила его до сего дня, слывет могилой Ольговой. Было всех лет княжения его 33.

Дивно, когда от волхвования случается чародейство, как случилось в царствование Домициана. Некий волхв именем Аполлоний Тианский известен был, шествуя и творя всюду в городах и селах бесовские чудеса. Из Рима придя в Византию, упрошен был живущими тут сотворить следующее: отогнать множество змей и скорпионов от града, чтобы не повредили они людям, и ярость конскую обуздать, когда сошлись бояре. Также и в Антиохию придя, упрошен был ими, антиохийцами, томимыми скорпионами и комарами. Сотворив медного скорпиона и погребя его в земле, малый столп мраморный поставил над ним и повелел трости держать людям, ходить и призывать с трясением трости: «Без комаров город». Так исчезли из города скорпионы и комарье. И попросили его снова о бывающих в городе землетрясениях. Вздохнул он и написал на дощечке сие: «Увы тебе, окаянный город, ибо потрясешься много и огнем одержим будешь. Оплачет тебя на берегу пребывающий Оронтий».

О нем великий Анастасий Божия града сказал: «Аполлония даже доныне в некоторых местах сбываются творения, направленные одни на отвращение животных четвероногих и птиц, могущих вредить людям, другие на удержание струй речных, невоздержанно текущих, но иные некоторые на тление и вред людям, на победу над ними направлены, сущие. Не только при жизни его такое и сякое творили бесы ради него, но и по смерти его пребывают у гроба, знамения творя во имя его ради прельщения окаянных людей, особенно — ради похищаемых для того дьяволом». Кто же что говорит о творящих волшебным прельщением дела? Если таковой горазд стал волшебством, всегда прозирая [17], как вещий Аполлоний, который неистовую в себе философскую мудрость имел, то должен был сказать: «словом сотворю, чего хочешь», а не свершением претворять повеления свои. Таким образом все через ослабление Божье и бесовское творение бывает, таковыми вещами искушается наша православная вера, хотя тверда и крепка есть, пребывающая с господом и не увлекаемая врагом мечтательных ради чудес и сатанинских дел, творимых врагами и слугами злобы. Еще же именем господним пророчествовали некоторые, как Валаам, Саул и Каиафа, и даже бесов изгоняли, как Иуда и сыны Скевы. Даже на недостойных благодать действует многажды, пусть некий свидетельствует. Хотя Валаам обеих был чужд, жизни лучшей и веры, но действовала в нем благодать, иным ради примера. И фараон такой был, но и ему будущее предсказал. И Навуходоносор был законопреступный, но и ему тоже по многих сущих поколениях открыл, тем самым являя, что многие, весьма костный имеющие ум, пред образом Христовым знамения творят иным искусством на прелесть людям, не разумеющим доброго, каким был Симон Волхв, Менандр и иные подобные. Из-за них истинно сказано: не прельщай чудесами.


[1] «…еже до смерти Ярославле даяше Варягомъ». В безличном такой дательный даже в современном языке часто значит субъект действия: статья подвергалась исправлениям, т.е. исправления преобразили статью, формально субъект в слове исправления. Дательный этот может быть заменен творительным: статью насыщали исправлениями. Да и по смыслу выходит так же: Олег устроил новое государство, т.е. дань должны были платить ему, что подтверждается и дальнейшими событиями.
[2] «щьлягу». Даль: «ШЛЯКЪ м. стар. железко ножа, клинок или полоса», т.е. щеляк, к сл. щель.
[3] Византийский император Михаил III был убит 24 сентября 867 г.
[4] Пилат — это, конечно, крупный церковный авторитет, ничего не скажешь. Католики уже тогда не в себе были.
[5] Выше написано, что славяне происходят из Норика.
[6] Так в тексте — «жену».
[7] Слишком много слов: «яже суть толковины: си вси звахуться отъ Грекъ Великая Скуфь».
[8] Это причерноморские германцы, «древляне», готы.
[9] Так в тексте: «имшеся по дань и роте заходивше межы собою».
[10] Вещим Олега прозвали не от слова «вещи», а очевидным образом за то, что предсказал он рождение на месте Киева большого города: «Здесь будет мать городов русских!»
[11] «Равно другаго свещания».
[12] «Но подщимся, елико по силе, на сохранение прочихъ и всегда летъ с вами, Греки …»
[13] «…да о проце да роте ходить своею верою», т.е. о процемъ къ роте.
[14] «воволочимъ». К слсч. «шуба соболя волочаная аксамитомъ або адамашкою» (Срезневский), крытая.
[15] «Аще полоняникъ обою страну держимъ есть», т.е. любою стороной.
[16] «мниться», т.е. «въменитъ ся».
[17] «выну зазряще».

Зову живых