На сайте размещены статьи по русской истории, публицистика, философия, статьи по психологии, а также по грамматике русского и древнерусского языков, в частности – Слова о полку Игореве.

Дм. Добров

Разгром опричниками Новгорода

Дм. Добров • 2 августа 2012 г.
летопись

Сталось посечение Божье Бога попущением и врага действием по грехам нашим. По наущению злоумышленных богоотступников и злых людей вложены были в царские уши и ум слова неприязненные, супротивные и предательские на архиепископа Новгородского Пимена, его владетельных бояр и лучших людей посадских именитых, мол собираются предать Новгород иноплеменникам. И из-за сих ложных слов ожесточилось сердце царское гневом и яростью великой на отчину свою Великий Новгород и на всех людей, живущих в Великом Новгороде и в окрестных местах возле него.

В 1570 году 2 января государь, царь и великий князь всея Руси Иоанн Васильевич послал на Великий Новгород вперед себя в наступление передовой полк свой, воевод и бояр, князей и детей боярских и всяких военных людей множество великое. Они же, придя, по повелению царя вокруг всего Новгорода великие крепкие заставы учинили со всякими укреплениями и повелели стражам крепко стеречь город, дабы ни единый человек из него не убежал. А иные бояре и дети боярские того же передового полка по повелению государя разъехались по монастырям, которые около Великого Новгорода, и запечатали монастырские церковные денежные казны, а игуменов, черных попов, дьяконов и соборных старост из всех Новгородских монастырей взяли с собой в Великий Новгород, числом до пятисот человек старост, даже больше, и всех поставили на правеж до приезда государя. А иные дети боярские того же передового полка, собрав со всех церквей Великого Новгорода попов и дьяконов, отдали их приставам, по десяти человек приставу, и повелели их держать крепко в узах железных, и каждый день повелели их бить на правеже с утра до вечера, а править на них по 20 рублей новгородских до выкупа. А иные дети боярские того же передового полка по всем улицам Великого Новгорода у всех приходских церквей подвалы и домовые палаты у именитых людей новгородских с имуществом их опечатали и многих стражей приставили крепко стеречь, до приезда государя. А иные дети боярские по повелению государя во граде приезжих купцов, приказных людей государевых, именитых и торговых людей переловили и передали их приставам держать крепко в оковах железных; дома же их и имущество опечатали, а жен их и детей повелели сторожам стеречь до приезда государя и распоряжения.

Того же года 6 января вечером, в самый праздник, в пятницу, приехал в Великий Новгород государь, царь и великий князь всея Руси Иоанн Васильевич, а с ним сын его Иоанн Иоаннович да князей, бояр и детей боярских многие полки и прочих военных людей множество. Да с ним же, государем, были тысяча пятьсот стрельцов московских. Приехав, стал он со всеми силами на Торговой стороне, на Городище, от городского посада в двух поприщах (пара километров). А на следующий день, в субботу, повелел государь игуменов, черных священников, дьяконов и соборных старост, которые прежде были пойманы передовым полком и поставлены на правеж, избивать палицами насмерть. Убив их, повелел каждого в свой монастырь везти и похоронить. А в воскресенье 8 января поехал государь со всеми своими полками в Новгород, в храм Софии Премудрости Божьей к обедне, а встречал его, государя, по обычаю церковному и по закону с крестами и чудотворными иконами архиепископ Новгородский Пимен со всем священным собором у Чудесного креста на мосту через Волхов. И хотел он его благословить и сына его, по обычаю церковному крестом оградить, но ни государь к кресту не пошел, ни сын его. И говорил государь архиепископу Пимену:

— Ты, злочестивый, держишь в руке своей не крест животворящий, а вместо креста оружие. Сим оружием и злоумышлением своим, со своими старостами и единомышленниками, града сего жителями, хотите вы нашей царской державы отчину нашу Великий Новгород передать иноплеменникам, королю Польскому Жигимонту-Августу. Отныне и впредь ты не пастырь, учитель и сопрестольник великой церкви Святой Софии Премудрости Божьей, но волк, хищник и губитель, изменник нашей царской багрянице и венцу досадитель.

Эти яростные слова сказав, повелел архиепископу с крестами идти в церковь Святой Софии со всем священным собором и литургию служить. А сам государь с царевичем, с князьями, с боярами своими и со всеми служилыми людьми пошел вслед за святыми иконами чудотворными к Премудрости Божьей Софии и слушал обедню, а потом пошел к архиепископу Пимену в столовую палату хлеб есть со всеми военными полками и людьми. И как только государь сел за стол и начал есть, сразу же, ничуть не помедлив, закричал голосом громким с яростью боярам своим: царским указом тотчас повелел государь архиепископскую казну, двор владыки, все палаты и клети разграбить, а бояр владыки и всех слуг его до распоряжения своего взаперти держать. Самого же владыку Пимена повелел ограбить и сторожам отдать, а им повелел крепко стеречь его и давать ему из казны в день по две деньги на пропитание.

А дворецкому своему Льву Андреевичу Салтыкову, протопопу Евстафию и прочим боярам своим повелел государь идти в соборную церковь Святой Софии и взять ризную казну да прочие дорогие освященные вещи церковные, святые Корсунские иконы, ризы и колокола и по всему Великому Новгороду да вокруг него, по монастырям и всем церквям, казну, иконы, прочие дорогие освященные вещи и колокола повелел тоже брать. Сам же государь с царевичем поехал на Городище и, приехав, повелел приводить из Великого Новгорода бояр владыки и иных многих служилых людей с их женами и детьми и повелел их перед собой горько, люто и бесчеловечно различными муками мучить. И после многих неисповедимых горьких мук повелел государь тела их некой составной мукой огненной поджигать, а своим детям боярским повелел тех мученых людей за руки, за ноги и за головы различно тонкими веревками привязывать по человеку к саням конским и быстро тащить за ними на большой волховский мост и с моста их в реку бросать, в Волхов. А жен их и детей, мужского пола и женского, младенцев с сущими грудными, да и всякого возраста, повелел государь свозить на Волховский мост и возводить на возвышение, которое для того и устроено было. И, связав за руки и за ноги назад спинами, а младенцев к матерям привязав, с великой высоты повелел государь метать их в реку Волхов. А иные дети боярские и военные люди в то же время в малых лодках плавали по Волхову с оружием, с рогатинами, с копьями, с топорами и с баграми и, кто всплывет наверх, того они прихватывали баграми, копьями и рогатинами прокалывали и топорами секли, в глубину безжалостно погружая, предавая лютой смерти.

Такое горе и мука стояли от неукротимой ярости царской, больше чем от божьего гнева по грехам нашим, долее пяти недель. Каждый день в воду бросали всякого возраста человек до тысячи, а иной день и полторы. И тот день был благополучен, когда бросали в воду человек пятьсот или шестьсот.

По завершении того государь со своими военными людьми начал ездить около Новгорода по монастырям. Повелел он грабить церковные и монастырские казны и кельи, служебные монастырские дома и всякие обиходы. В житницах и на полях в скирдах стоящий необмолоченный хлеб повелел огнем пожечь, а скот всякий, лошадей и коров, повелел посечь. Потом пришел в город со многим воинством и по всем торгам у торговых людей в лавках всякие товары повелел грабить, а лавки рассекать и до основания разорять. Потом же государь со всеми военными людьми поехал по всему городу и по всем посадам и повелел у всех городских жителей во всех домах, в подвалах церковных и в палатах имущество их грабить, а самих мужчин и женщин без пощады и без остатка бить и грабить дворы их, а в хоромах окна и ворота повелел вырубать.

В то же время повелел государь своих князей и бояр, кроме военных людей, рассылать около Великого Новгорода на все четыре стороны, во все пятины, по станам и волостям, по усадьбам бояр и по поместьям, по всем местам от Великого Новгорода верст за двести или триста, а то и больше, и повелел дома их грабить и всячески расхищать, а скот их убивать без пощады.

И длилось то потрясение и кровопролитие в Великом Новгороде и около него беспрестанно шесть недель.

В том же 1570 году 13 февраля, на второй неделе великого поста, в понедельник, повелел государь оставшихся новгородцев от всякой улицы по человеку доставить к себе. Стояли они дряхлые и унылые, не надеявшиеся на жизнь, как мертвые. Государь же, воззрев на них кротким милостивым взором, сказал им свое царское слово:

— Мужи новгородские все оставшиеся, милостью всесильного господа Бога, пречистой его Матери и всех святых его молите о нашей царской благочестивой державе, о чадах наших Иоанне и Феодоре и обо всем нашем христолюбивом воинстве, чтобы нам Бог даровал свыше победу и одоление всех видимых и невидимых врагов наших и супостатов. Да осудит Бог общего изменника нашего и вашего Новгородского архиепископа Пимена и его злых советников и единомышленников. И взыщется с них, изменников, вся та кровь, что пролита была. Вы же о том не скорбите, а живите в граде сем благодарно. Вот оставляю вам в граде сем правителя — боярина Петра Даниловича Пронского.

И сказав так, отпустил их восвояси, а сам пошел с царевичем, с князьями своими, с боярами и со всей силой во Псков. А владыку Новгородского, попов и дьяконов, которые не откупились от правежа, и прочих новгородцев, опальных людей, повелел отослать с приставами в Александрову слободу до своего царского приезда. И приехав в Москву, повелел с владыки святительский сан снять и в заточение его послал в монастырь в Рязань, к Николаю-чудотворцу на Деневу. Владыка же в скором времени там и преставился. А прочих новгородцев, опальных людей, повелел казнить в Москве, и так они горькой смертью скончались. Иных же новгородцев, опальных людей, по долгом испытании повелел по иным городам разослать на жительство.

Зову живых